— Да, так и есть, — вздохнул Кай, — Тэиль сбил парня. Испугался, позвонил отцу. Тот конечно же сказал убираться оттуда скорее. Было уже поздно, поэтому свидетелей никаких.
— А я?
— А ты проезжал там за пару минут до этого. И в полукилометре от того места не справился с управлением и врезался в фуру.
— Еще одно абсурдное совпадение: у вас с Тэилем одинаковые машины. Вот почему не было особой сложности, когда его отец приказал своим псам подделать запись с камер.
— То есть… все это… было чистой случайностью? — Сехун сглотнул. Противное чувство поселилось в груди и не отпускало на протяжении всего рассказа. Он в очередной раз стал пешкой в чьей-то игре, и теперь без жертв не обошлось. Вот так легко из-за мести его лишили всего. Так просто убрали с дороги, словно он ненужная вещь, мешающийся под ногами бездомный щенок.
Лухан приобнял младшего за плечи, уткнувшись носом в его висок и поглаживая подрагивающую руку.
— Пожалуйста, успокойся, — прошептал он, — все закончилось. Теперь все будет хорошо.
— Что хорошего… — Сехун оттолкнул его и встал с кровати. — Ничего не будет хорошо! Ничего!
— Сехун-а…
— Что Сехун-а?! Что?! — кричал парень, как безумный, метаясь по комнате. Остальные потупили взгляд, не решаясь подать хоть малейший звук.
— Сехун, пожалуйста…
— Ничего… Больше ничего нет!
— Успокойся, О Сехун! — прикрикнул Минсок, обращая на себя внимание разошедшегося парня. — Успокойся. И посмотри на него, — мужчина кивнул на Лухана, который опустил голову и сжимал в руках одеяло. — Тебе напомнить, сколько он сделал для тебя? Пусть каждый здесь напомнит. Давай, послушай их! И после этого ты говоришь, что у тебя ничего нет?
Сехун тяжело дышал, постепенно успокаиваясь, как и было сказано. Он приходил в себя, понимая, что только что натворил. Он обидел их всех. Всего на секунду забылся, потому что страшно хотелось пожалеть себя и утонуть в чертовой безысходности, но он абсолютно точно забыл, что… У него ведь есть все.
— Понял наконец-то? — Минсок вопросительно посмотрел на него. — А теперь, будь добр, попроси прощения у своих друзей. И у нас с тобой еще есть незаконченное дело. Ты должен дать письменные показания, чтобы я смог завтра отнести их в суд. Это все, что от тебя требуется. Благодаря им, — адвокат кивнул в сторону парней, которые испытующе смотрели на младшего.
— Парни, я… — начал Сехун хриплым голосом. Минсок привел его в чувства всего парой фраз и заставил почувствовать огромный стыд.
— Мы все понимаем, — ободряюще улыбнулся Исин.
— Но надеюсь, что таких вспышек больше не будет, — хмыкнул Кенсу.
— Тебе стоит просить прощения у кое-кого другого, — лукаво улыбнулся Бэкхен.
— И этот «кое-кто», похоже, сильно расстроен, — покачал головой Чанель, глядя на приоткрытую дверь палаты. За вспышкой Сехуна никто не заметил, как Лухан тихо покинул комнату.
— Только не это, — простонал Хун, сползая на пол. Он уткнулся лицом в колени и зарылся пальцами в волосы, оттягивая их так сильно, как мог. — Я такой идиот…
— Ты им всегда был, — пожал плечами Кай. — В любом случае, тебе стоит поторопиться. У Лухана появилась странная привычка сбегать ото всех и выключать телефон. Даже Мэй иногда затрудняется сказать, где ее родной брат.
— Что мне нужно написать?
— Вот это уже другое дело, — улыбнулся Мин, протягивая своему клиенту ручку и чистый лист бумаги. — Пиши…
***
Несколько дней спустя Сехуна обрадовали новостью: скоро он сможет покинуть больницу. Хотя, глядя на выражение полной беспомощности и жуткой усталости на лице молодого человека, нельзя было сказать, что он сильно рад. Вернее, достаточно просто одного слова: наплевать. Сехуну было наплевать на все, кроме одного человека, который вот уже три дня не появляется в больнице и не отвечает на звонки. Как назло, никто не знал, где находится Лухан. Только Мэй тихо отвечала, что с братом все в порядке, виновато потупив взгляд и скрывая глаза за челкой. Девушка понятия не имела, куда поехал старший, но спасибо и на том, что тот изредка звонил и говорил, что с ним все хорошо. Хотя, кому он лжет? Ни черта не хорошо: Мэй слышит это по совсем убитому голосу.
— Прости, — внезапно начал О, когда они с Мэй прогуливались по аллее рядом с больницей. Сехун прекрасно понимал, что сам во всем виноват. Ему стыдно смотреть в глаза младшей, хотя ни он, ни Лухан, видимо, тоже, не сказали о том, что произошло.
— За что ты извиняешься? — Мэй утерла слезы и легко усмехнулась, покачав головой.
— Это моя вина, — прошептал О, — я… я накричал на него…
— Что было, то было, — пожала плечами девушка. — Просто на него много свалилось за последние месяцы. Ему нужно отойти от этого.
— И опять же, все из-за меня.
— Сехун, — Мэй взяла парня за руку, доверительно заглянув в глаза. — Ты нам не чужой человек, поэтому давай просто постараемся забыть все плохое? Вот увидишь, скоро Лу вернется, и мы спокойно выдохнем.
— Спасибо, — помедлив, Се заключил девушку в объятия, успокаивающе поглаживая ее по спине. — Это так странно, — хмыкнул парень, — моя семья намного больше, чем я мог представить.