Том кивнул, слегка улыбнувшись в ответ. Они закончили с завтраком и, пока не пришел учитель Ксавье, отправились в магическую библиотеку. Там женщина открыла сейф, что был скрыт одной из книжных полок, а из него достала небольшую резную шкатулку, украшенную малахитом и змеевиком, ставя ее на столик перед Томом. Мальчик помедлил, а затем осторожно открыл ее. На черном бархате внутри лежал небольшой медальон. Он был выполнен из тёмного золота с гравировкой на лицевой стороне в виде стилизованной змеи, по форме напоминающей букву S и декорированной зелёными камнями. Медальон загадочно блестел при свете свечей, словно призывая: «Дотронься до меня!».
— Это…
— Медальон Салазара Слизерина, который передавался из поколения в поколение в твоей семье. Твоей матери пришлось продать его, чтобы выжить. А я вчера выкупила его.
Осторожно взяв украшение, Том скользнул пальцами по змейке из камней, переворачивая его и прокручивая в руках. Он попытался открыть его, но тот не открывался. Как же? Ответ пришел слишком быстро, быстрее, чем он успел осознать его. «Откройся!» — вырвалось из уст Реддла змеиное шипение и, со звонким щелчком тот распахнулся. Внутри не было ничего, он был пуст. Но это ничуть не огорчило мальчика. Том закрыл крышку и аккуратно вложил медальон обратно в шкатулку, наблюдая за тем, как Розамунд убирает ту в сейф и закрывает скрывающий его механизм.
— Миледи… когда вы забрали меня из приюта, то сказали, что расскажете мне о моей семье, если я захочу.
— Да, так и есть. — Женщина присела в кресло. — Что ты хочешь узнать?
— Я не понимаю… как моя мать могла оказаться в такой ситуации, что продала семейную реликвию. Как она оказалась в приюте и почему оставила меня там. Где был отец и почему… Я не понимаю этого.
— Присядь. — Роза тяжело вздохнула, поправив спадающие на плечи черные кудри. — Я не знаю всей истории в точности, ведь мне самой ее рассказали. Но я знаю, что твои родители были хорошими людьми. Твоя мама и все родственники по ее стороне были волшебниками. А твой отец, как и его родственники, был маглом. Как ты знаешь, многие чистокровные волшебники презирают простаков, считая их чуть ли не грязью. Но твоя мама — она была другая. Она относилась к маглам и волшебникам одинаково. Она полюбила Тома Реддла, твоего отца… Твой дедушка умер, а дядю забрали в тюрьму, и твоя мама, наконец, смогла быть с тем, кого она любила, не идя против своей семьи… Они поженились, некоторое время жили вместе, но, в конце концов, они решили разойтись.
— Почему?
— Иногда такое бывает, Том. Люди понимают, что не подходят друг к другу и что им лучше не быть вместе. Понимаешь? Люди теряют что-то общее, что их связывало раньше. Это как если убрать мост между двумя берегами.
Мальчик кивнул, опустив взгляд в пол. Он понимал, что люди иногда разводятся и такое бывает. Он понимал, что порой люди могут разойтись при определенных причинах. Однако, он не понимал, почему развелись именно его родители.
— И они развелись. А через некоторое время твоя мама узнала, что ждет тебя. Она не сообщила мистеру Реддлу о беременности, а потому он не знает о тебе. Меропа жила самостоятельно, но, к сожалению, работать не могла. Я не знаю, что именно случилось с ней после развода с твоим отцом, мне об этом не сказали. Но что-то точно случилось, поскольку она не могла больше пользоваться магией. Такое бывает у волшебников, при каком-то сильном потрясении, например. И у нее не было сил и возможности сохранить себе жизнь. Но, поверь, она очень любила тебя и желала тебе лучшей жизни.
На некоторое время в библиотеке наступила тишина. Том сидел в кресле, опустив взгляд в пол, а Розамунд сидела напротив, не сводя с мальчика взгляда. Она частично сказала правду, частично соврала. Амелия долго думала, как бы преподнести историю родителей Тома так, чтобы у него не появились отвращение и ненависть к отцу и маглам. Чтобы не появилась ненависть и к собственной матери. Ведь, она была уверена, что Меропа любила Тома так же сильно, как любила его отца.
— Том?
— Спасибо, что рассказали мне об этом. — Тихо произнес Том, так же как в детстве сжимая ладонями брюки на коленях.
— Ах, ты расстроился? — Женщина перепорхнула к креслу, присаживаясь перед Томом и беря осторожно за руки.
— Нет… Я рад, что узнал это. — Том несильно сжал руки Розамунд и посмотрел на ту, слабо улыбнувшись. — Я столько лет не понимал, почему они меня оставили, а теперь немного, но мне стало понятней.
— Твоя мама любила тебя, Том. И, я уверена, если бы она рассказала отцу, то и он любил бы тебя. Если хочешь, я могу найти где он живет и мы съездим к нему.
— Нет. Не хочу. — Голос Тома прозвучал твердо. Склонившись, он поцеловал тонкие женские пальцы, прижимая ладони леди к своим щекам, ластясь, словно прирученный зверёк. — Он для меня — никто. Моя семья — это вы, леди Розамунд. И кто мой отец, уже не имеет никакого значения. Свою мать я всегда буду помнить и уважать. Но сейчас моя мама — это вы.
