Взяв книгу, что он не дочитал после обеда, Том сел на кровать. До сна была ещё пара часов, и было свободное время для себя. В эти часы все обычно были в комнате и просто играли или занимались какими-нибудь своими делами. Но сейчас всё внимание крутилось вокруг входившей троицы. Сьюзи, Шелдон и Серж увлеченно уже в десятый раз пересказывали какой у их новых родителей шикарный дом, какие им спальни подготовили и вместе с другими фантазировали, как они там будут жить, ни в чем не нуждаясь, объедаться сладостями, одеваться в красивые одежды.
— Не волнуйтесь, ребята, я уверен, скоро придут и за вами. Вы попадете в такие же семьи, а может даже и лучше. Вы обретёте добрых отцов и любящих матерей, а может даже очаровательных братьев и сестер. А может даже собаку! — Вещал Шелдон. Он был очень приятным ребенком и легко заводил друзей. А потому неудивительно, что все слушали его раскрывши рты, внимая каждому его слову. — Ну, точнее, почти за всеми придут…
Шелдон был приятным ребенком, но невероятно гадким, в угоду толпе. Он легко подстраивался под условия, а потому все слушали его раскрывши рты и как стадо овец следовали за ним.
После его слов, все разом покосились на Тома. Кто-то явно выворачивал голову, кто-то глядел исподтишка, но как бы то ни было, все смотрели именно на него.
Через пару часов, когда дети легли спать, Том лежал на своей кровати, завернувшись в одеяло и тихо, практически неслышно шмыгнул носом. Его никогда не задевали чужие подколы. Он старался быть выше этого, понимая, что чаще всего это говорится из зависти. Но почему-то сейчас его глаза предательски щипали слезы, а в горле стоял ком.
"Меня тоже заберут, и у меня будет мама. Лучшая. — Думал мальчик, в отчаянии сжимая край одеяла и закусывая губу, чтобы не зарыдать в голос. Мокрые дорожки слез блестели на щеках, но он не проронил ни звука. — Она будет богата, так, что все будут завидовать мне. Она будет красива и все охнут, когда она придет забирать. Все будут хотеть, чтобы она забрала их, а она заберёт именно меня. И меня одного. И она меня будет любить. Будет любить и заботиться обо мне как о родном… У меня будет мама… Мама…"
В ту ночь Тому снился странный сон. Он сидел в парке, смотря на уток в пруду, когда вдруг увидел вдалеке какую-то смутно-знакомую фигуру. Ему казалось, что уже когда-то видел ее, но не мог вспомнить где именно. А может это был лишь обман и он хотел, чтобы эта фигура была тем, кем не являлась. Ноги сами понесли Реддла вперёд по парку и, прежде чем он осознал что делает, он уже держал за руку женщину. Она была красива: черные вьющиеся волосы, приятное лицо с мягкими чертами, нежная и ласковая улыбка.
— Вы моя мама? — сорвалось с губ Тома. Ему захотелось, чтобы она сказала "да", очень захотелось.
— Нет, милый. Ты потерял свою маму? — Женщина присела, взяв маленькие ладошки Тома в свои руки и тепло ему улыбнулась. — Давай я помогу тебе найти ее?
— Нет, не нужно. — Мальчик растерялся, смотря на женщину.
Почему она так говорит? Она же точно его мама. Только мамы могут смотреть с такой нежностью и улыбаться так тепло и ласково. Только у мам такие теплые руки и только с ними бывает так спокойно. Так почему же? Мальчик подступил на шаг и крепко обнял женщину, запуская пальцы в ее мягкие черные кудри, вдыхая тонкий, еле уловимый аромат роз. И тихо, почти неслышно, словно бы боясь, что эти слова могут куда-то улететь, прошептал:
— Лучше Вы будьте моей мамой.
— О, твоей мамой? Хорошо! — женщина мягко рассмеялась и тоже обняла Тома, поднимаясь и поднимая мальчишку на руках. — Что ж, тогда, идём домой?
— Да. Идём. — Реддл кивнул, всё никак не выпуская женщину, крепко обнимая ее, словно бы она могла исчезнуть в любую минуту.
Они медленно вышли из парка и направились по городской улице. Постепенно улица сменилась лесом, затем полями, а когда Том открыл глаза, то они оказались около небольшого, но явно богатого поместья…
Вдруг кто-то закричал. Пронзительно, громко. Реддл резко сел на кровати, осматриваясь по сторонам. Кричали мальчишки в комнате, а вся комната, нет, весь приют и вся земля дрожали.
— Это просто землетрясение! Успокойтесь! — Крикнула одна из нянечек, заглянув в спальню.
Не прошло и минуты, как всё перестало дрожать. Ребята начали шумно переговариваться, обсуждая тряску, а Том упал на постель, повернув голову на бок и посмотрев на календарь на столе. Приподнявшись, он оторвал листок, убирая его в ящик стола, открывая на календаре новую дату "12 августа 1931"
***
— О чем думаешь, Том? — Роза коснулась ладонью плеча сына, что почти дремал на диване в гостиной.
Это было в рождественские каникулы и Том приехал домой. Рождественский бал и день рождения были давно отпразднованны большими шумными компаниями, с подарками и шумными танцами. Наступил январь и все могли немного отдохнуть, как от учебы, так и от праздников.
— Просто вспомнил… Один странный сон, что приснился мне в детстве. — Том сонно сощурил глаза на огонь и, почувствовав, что женщина присела рядом, повалился на ее плечо, блаженно прикрывая глаза. — Ещё когда я был в приюте.
