— Отца, Мориса и наших с Силв женихов призвали на войну. — Начала объяснять вместо матери старшая дочь, Сюзанна. — И не так давно мы узнали, что наш отец… Он попал в плен. И следом как снежный ком одно событие за другим: дело отца по производству кожаных изделий — развалилось. Завод был разрушен и многие рабочие погибли, особняк моего жениха переделан под госпиталь, а его родители все деньги отдают на войну, родители жениха Сильвии до свадьбы не собираются помогать нам с деньгами… у нас ничего не осталось, мадам. Совершенно ничего. Мы переехали в наш меньший особняк, поскольку большое поместье пришлось продать, чтобы выплатить компенсацию пострадавшим при взрыве фабрики. Да и сами понимаете, в военное время мы получили за особняк копейки. Сейчас мы обходимся всего тремя служанками и одним лакеем. У нас просто нет денег на бо́льшее количество людей. А недавно мы поняли, что у нас… и на них нет денег. Да даже на еду! А ведь нам еще нужны лекарства для Маркуса.
Сюзанна продолжала говорить, а Розамунд испытывала к ней всё большее отвращение. Богатенькие, избалованные, не привыкшие к обычной работе, не понимающие цены деньгам и вещам. Для них надеть одно и то же платье во второй раз — равно преступлению. Казалось бы, не Розе об этом говорить, раз она живет в достатке и не знает бедности? Ну так ей эти деньги достаются не просто так.
Чего только стоят угольные шахты, доставшиеся ей от родителей. Ей каждый месяц приходится ездить на рудники, чтобы убедиться в исправности тоннелей. Кроме этого, закупка оборудования, общение с рабочими, поднятие зарплат или наоборот штрафы; оплата лечения пострадавшим и выплаты семьям погибших (обвалы в шахтах — обычное явление. Но благодаря магии Эйвери, они стали всё реже происходить). И это не говоря уже обо всех оборотах поставки угля, встречи с представителями разных фирм и многое другое. Конечно, у нее было около трех работников в высших чинах, управляющих ее угольным делом. Но самой-то тоже надо было отслеживать работу, чтобы деньги не пошли куда-то налево.
Земли Литтл-Хэнглтон, фермы на которых она сдавала фермерам. Здесь тоже нужно было присматривать: сбор налогов. Помощь с решением проблем, которые возникали с землей, как, например, проведение в каждый дом водопровода. Кроме того постройка школы для местных детей и привлечение внимания людей с близлежащий деревень для проведения общей ярмарки фермерской продукции. Опять же, в деревне был свой староста, что следил за этим всем, но Роза всё равно контролировала любые проблемы и передвижение денежных средств.
И это не говоря еще об издательстве, где дел было невпроворот в связи с мировой ситуацией. Рабочих рук не хватало, как и мужской силы. Приходилось нанимать женщин и стариков, но тут была опасность травм на рабочем месте.
В общем, свои деньги Розамунд получала не просто так. Поэтому всё это женское нытье по поводу того, как их батюшка разорился и оставил их без денег, будучи на войне — Розу откровенно бесили.
— Я поняла. — Холодно отрезала она, прежде чем к нытью старшей сестры присоединится еще и младшая. — Я могу одолжить вам некую сумму денег до возвращения ваших мужчин с фронта, но при трех условиях.
— К… каких? — Икнула миссис Дэвидсон, вытирая слезы.
— Первое: Я буду выдавать вам определенную сумму на месяц. В нее будут включены расход на содержание вашего дома, прислуги и трату на еду. Никаких трат на одежду или украшения, на чаепития или выход в свет. Это ограниченная сумма денег. Я тоже не готова тратить просто так свои деньги на ваши капризы.
— Л… ладно, думаю, с этим мы справимся. — Нехотя согласилась Сюзанна. Она всегда была умной девочкой, но деньги ее испортили. — Придется потуже затянуть пояса… Какое второе условие?
— Второе: по возвращении ваших мужчин все деньги будут возвращены мне в течение года с пятью процентами. Всё-таки от моих вложений должна быть хоть какая-то польза.
— Года? — Ахнула Аделаида и заметно покраснела от нахлынувшей злости. — Роза, как ты можешь говорить о таком? Идет война и наши мужчины могут вообще не вернуться. Как мы…
— А вот и третье условие. — Перебила женщину Розамунд, повысив голос. — Твои дети пойдут работать в мое издательство и будут зарабатывать деньги собственными руками. Маркус в том числе. Сомневаюсь, что его немота как-то может помешать носить газеты из цеха в цех.
— Да как ты смеешь?! — Аделаида вскочила, покраснев еще сильнее.
