- Что творится-то? - женщина отложила пяльцы, улыбнулась мужу. И в очередной раз Бен решил, что его счастливым билетиком в жизнь стало не мастерство и золотые руки, не его хватка и смекалка, проявленные им в юности, а именно женитьба на этой тихой домовитой женщине. И пусть Салли не была красавицей, зато ее вера в мужа, его ум, его правоту предавали ему силы и заставляли идти вперед. Несмотря ни на что.
- Ты подальше держись от нашего аптекаря, Ференца, - поджал губы супруг. - Мятежников он поддерживает нынче. И, думаю, семейство все его поганое вместе с ним. А ты к ним на чай захаживать повадилась. Не то придут войска мятежников бить и нам с тобой достанется.
- Мятежники? - удивилась женщина. - Какие мятежники?
- Неужто твои кумушки тебе не рассказали, что на море Мечты опять мятежи и войсками их давят? Что жрецы с королевой сцепились?
- Ну, болтали что-то... - она вновь взялась за вышивку.
- До нас тоже скоро может докатиться, - муж вздохнул. - Надо бы наших мальчиков предупредить, чтоб никуда не лезли. Короли-то меняются, друг друга травят да колошматят, а армия потом людей простых всех под одну гребенку метет и стреляет. Пусть они там сами разберутся, а мы - люди маленькие. Нам дела нет, кто правит, лишь бы налогами не душили. Поэтому мальчишкам никуда лезть не надобно, - супруг оглядел пристальным взглядом небольшую уютную комнату. - Ты их на послезавтра всех на обед созови. Чтоб с женами своими пришли. Я им все и растолкую.
- Хорошо, Бен, - кивнула седой головой Салли.
- А сама пока все наши сбережения и ценности собери. Я их ночью за домом под сосной закопаю. На всякий случай. Мало ли что...
- Может еще стоит со счета деньги снять? - жена как всегда с любовью взглянула на своего супруга. Словно и не было полувека их любви, словно только вчера встретила она молодого нахального подмастерья на танцах у ратуши в день города. Нет, не ошибся он тогда с выбором жены, не ошибся!
- Не надо, - покачал головой Бен. - Чтоб никто не понял. Мы с тобой всегда большую часть денег в доме держали, в украшения твои переводили, да невесткам их раздавали, а в банке... в банке малая часть лежит. Пропадет - не жалко. Главное, внимание не привлекать. Основные сбережения наши я закопаю, наказ сынкам нашим дам. Они себе тоже девок бошковитых в жены взяли, те сообразят, что пора побрякушки и прочие цепочки-сережки в земельку прикопать. Не врем нынче со счетов деньги снимать и деньгами этими у всех на глазах трясти, пусть и дальше нас скромными людьми полагают. Не время.
- Как скажешь, Бен, как скажешь. Я тогда завтра мяса замариную, да вечерком тесто поставлю, чтоб внучат ватрушками порадовать. Как раз у нашей младшенькой именины будут, Генриетте расскажу, пусть завидует - у нее-то внучат так и нет, - покорно согласилась Салли. Ах, лиса! Ах, лиса! Вот и повод для семейного сборища на лету сообразила: Генриетта завидует, что у них с Салли шестеро сыновей, у каждого уже по несколько детишек, поэтому отслеживает каждый семейный обед! И вот тебе объяснение общего сбора!
Эх, не зря он тогда Салли заприметил! Не зря! Пусть по красоте до подружек ее тогдашних ей очень далеко было, и хромая она была, но ведь как умна! Как умна!
Бондарь усмехнулся. Да, вытянул он билетик свой в жизнь на танцах тех, вытянул! И пусть Салли всегда ворчала на трубку его и папироски, зато вела счета и бухгалтерию его жена отменно! Ни один налоговый инспектор не мог понять, где и в чем мухлевала шельмица! А каких пацанов родили они! Эх, загляденье! И как воспитала: батькино слово до сих пор для них закон! Не то, что для него в молодости.
Бен отправился в мастерскую, надо было проверить остроту лопаты и найти подходящий бочонок для ценностей, но по дороге старый бондарь похлопал сухонькое плечо своей жены. Она лишь нежно улыбнулась ему в ответ, подслеповато сощурив выцветшие голубые глаза.
4
Рик Увинсон и Стюарт Грейсстоун ощущали себя школьниками, каждый раз усаживаясь за парты в аудиториях Академии. Им читали лекции, проводили семинары, гоняли на симуляторах, тренажерах, устраивали военные игры и как простых рядовых гоняли по полосам препятствий. Стандарты физической подготовки в армии Розми были жестоки: хочешь служить - докажи, что выдержишь физические нагрузки. Про умственные поговорим позже.
