- Надо... А что мы можем сделать? Нам же даже за стену не выйти. Будем надеяться на чудо. Больше нечего. В Нерейде и во Фритауне тоже не дураки. Когда поезд не вернется, они поймут, что мы в окончательном кольце. Надеюсь, поймут они это, когда мы еще будем живы.
В кабинете, наполненном запахом старой бумаги и серьезных раздумий, ненадолго повисла тишина. Трое мужчин погрузились в свои мрачные мысли, осознавая, что жить-то им осталось не так уж и долго. Одно дело, понимать, что можешь погибнуть в любой момент от лап тварей, а другое - знать примерную дату собственной смерти.
- Что у нас с сетопоклонницей? - старик устало потер покрасневшие глаза.
- Сидит, молчит, - пожал плечами Лавджой.
- Так и не желает ничего нам рассказать? - устало спросил "гном".
- Не желает, - подтвердил капитан. - Ультрапентотал у нас старый, лет десять назад срок годности вышел. Он уже весь выветрился или же в отраву превратился. А другими методами я пока не рискну ее допрашивать, мои мужики могут не выдержать. Пусть еще немного посидит, подумает, а там уж я сам, коли выхода другого нет...
- Как бы нам твоя щепетильность боком не вышла, - поджал губы полковник. - Может быть, она знает, как можно хоть из города выйти...
- У нас итак ненадежны некоторые горожане, не надо еще и в солдатах сомневаться, - покачал головой Лавджой. - Еще время есть. Немного, но есть... Если же покалечу ее, то кто помощь ей оказывать будет?
Над столом вновь повисло тяжелое молчание.
- Мэйфлауэр знает? - глубоко вздохнув, спросил Лэндхоуп.
- Нет, - покачал головой Дримс. - Он ничего не знает. Волнуется, что Мэй пропала из дома, но не знает, что она у Лавджоя в камере. Долго скрывать это у нас не получится.
- Думаете, надо скрывать? Может, пусть лучше в лицо ей посмотрит, предательнице? - предложил полковник.
- Он сломается тогда, - ответил Дримс. - Если он будет считать ее погибшей, он будет держаться, на долге перед городом и простыми людьми. А если поймет, что она участвовала в бунте против медиков и помогала Грегору - тогда мы его потеряем. Скорее всего. Лишиться же единственного толкового врача мы не можем.
- Хорошо, - согласился полковник. - Делайте то, что считаете нужным. Но придется заканчивать миндальничать. Нам нужна информация. Где прошел один Грегор, могут пройти и другие. Надо понять, куда он скрылся из госпиталя, может ли он попасть за пределы Миранды, если да, то как? И сколько еще людей и тварей могут попасть в город, раз он сумел выбраться за стену.
- Полковник Лэндхоуп, с утра надо бы Беннета и Мэйфлауэра отправить в ту квартиру, где на меня обратившаяся в тварь женщина напала, - напомнил Дримс. - Надо понять, правильно ли я понял, что она из числа заболевших оказалась... Да и понять, от чего она все ж обратилась, или это другая болезнь какая.
- Я с вами пойду, - безапелляционно заявил Лавджой. - Надо будет по остальным карантинным квартирам патрули послать.
- Да, хорошо, - согласился Лэндхоуп. - Надо тогда будет что-то решить с боксами, ведь сколько у нас таких квартир, где решили оставлять больных? Надо будет еще лучше изолировать карантинный флигель в городском госпитале, чтоб обратившиеся не поперли на медперсонал, пациентов и охрану... Кстати, а от чего они там такого не сделали, а только в квартирах своих обратились? Ладно, пусть Мэйфлауэр изучает этот вопрос на пару с Беннетом. Ты, Лавджой, помоги ему с людьми, если что. Можешь и Сивира подключить, он у нас, в конце концов, военный комендант города.
Капитаны кивнули. Полковник окинул их долгим взглядом и распорядился:
- Все. Теперь, господа офицеры, спать! Миранда еще несколько месяцев продержится, поэтому извольте не подохнуть раньше от недосыпа или усталости. Нам с вами выпала честь умереть последними в этом забытом всеми богами Света городе, так что не опозорим своего мундира и отправимся в Царство Зулата самыми последними, а то не будет нам снисхождения на суде Осириса.
- Так точно, господин полковник, - хором ответили капитаны и пошли выполнять приказ начальства - спать.
3
Где-то в бездонном голубом небе затаилось маленькое облачко. У самого горизонта. Оно собиралось исчезнуть в самом ближайшем времени, но оно успело дать о себе знать. Мелочь, а неприятно.
Старый Бен скривился, разглядывая это облачко. Вот и его сосед один в один эта маленькая тучка, что портила настроение одним своим видом. Старик раскурил трубку, созерцая приближающегося соседушку. Обреченно вздохнул, а затем нахлобучил свою шляпу на самый нос, в надежде, что сосед решит, будто бы Бен дремлет в своем маленьком палисаднике.
Как бы не так!
Сосед, такой же пожилой, и с такой же обветренной физиономией, как у Бена, остановился у белого низкого заборчика, отделявшего палисадник от тротуара, и вежливо покашлял. Бен решил сделать вид, что он не слышит. Сосед, Ференц-аптекарь, покашлял громче. Бену пришлось тягостно вздохнуть, приподнять шляпу и поздороваться с почтенным аптекарем.
- О, дорогой сосед! - улыбнулся Бен. - А я тут задремал знаете ли... Возраст все же... Возраст... Вот в былые времена...
