Завершив подготовку, Айгуль доложила об этом Адлат. Та внимательно изучила структуру десанта, оснащение групп и общий план операции. Взгляд Адлат был серьёзен, цепок, словно она искала слабые места. Закончив анализ, она слегка кивнула и произнесла:
– Хорошая работа. Всё учтено, даже больше, чем я ожидала.
Однако собирать весь десант на флагмане Адлат не стала. Ограничившись видеосвязью, она обратилась к командам через голографическую систему. Её голос был строгим, но звучало в нём и уважение:
– Десантники, ваша задача предельно ясна и крайне важна. На Тритоне с большой долей вероятности находятся уникальные планетарные гравитационные установки невероятных масштабов. По нашим данным, в прошлом, они могли отбрасывать корабли Ава, не давая им прорваться в Солнечную систему.
Она сделала паузу, чтобы все осознали значимость предстоящей миссии:
– Задача максимум – активировать эти установки. Задача минимум – найти и зафиксировать их местоположение для дальнейших исследований. От вашей работы зависит, сможем ли мы использовать древние технологии для защиты нашей системы.
Голос Адлат стал твёрже, когда она перешла к деталям:
– Мы будем действовать тремя группами, чтобы ускорить поиск и минимизировать риски. Предварительные координаты базы у нас есть. На базе три входа: основной, запасной и аварийный. Каждая группа займётся своим направлением. Коды и пароли доступа я передам непосредственно командирам групп.
Её взгляд стал особенно пристальным:
– Первая группа будет под моим командованием. Вторая – под руководством Айгуль. Третью группу поведёт помощник командующего Марк Ларни. Высаживаемся на трёх кораблях по точкам. Ваша ответственность – не только выполнить задачу, но и сохранить себя и своих товарищей.
Она посмотрела на собравшихся, и в её голосе прозвучало что-то глубокое:
– Помните, что вы – первопроходцы. Мы вступаем в место, где нога человека не ступала тысячи лет. Каждый из вас важен. Задача понятна?
В ответ прозвучали синхронные голоса:
– Да, командующая!
Адлат на мгновение задержала взгляд на экранах, словно пытаясь уловить в лицах десантников их решимость. Затем добавила:
– Хорошо. Подготовка завершается. Высадка через четыре часа. Удачи всем нам.
Связь отключилась, но в ангарах десантных кораблей осталась висеть напряжённая тишина. Айгуль, вдохнув глубже, направилась к своей группе, чувствуя груз ответственности за людей, которых она поведёт за собой. В их руках была не просто судьба миссии, но, возможно, и будущее всей Солнечной системы.
Задача оказалась понятной, отобранные люди пошли готовиться к операции. До Тритона оставалось меньше суток полёта. Вскоре на экранах появилась голубая точка Нептуна. Флот двигался к ней на маршевой скорости, и планета увеличивалась на глазах. Достигнув нужной точки, корабли приступили к торможению; основная часть флота осталась барражировать на некотором удалении от планеты. А отряды десанта на трёх кораблях направились к точкам высадки на спутнике Тритоне.
Тритон, диаметром около 2700 километров, притягивал своей таинственной красотой. Большая часть его поверхности покрыта замёрзшим азотом, переливающимся под слабым солнечным светом, словно ледяное зеркало. Вкрапления водяного и сухого льда дополняли этот мёртвый пейзаж, который таил в себе множество загадок. Глубокий красноватый оттенок поверхности объяснялся трансформацией метанового льда в углерод, придавая Тритону уникальный вид. Это одно из самых холодных мест в Солнечной системе – температура может опускаться до –235°С, превращая его в замороженный ад. Но даже здесь проявлялась удивительная геологическая активность: криовулканы выбрасывали в высоту до восьми километров не раскалённую лаву, а жидкий аммиак и газообразный азот.
Атмосфера Тритона, хоть и крайне разреженная, была удивительно сложной. Испаряющийся лёд создавал тонкую азотную оболочку, смешанную с угарным газом и следами метана. Тропосфера простиралась до высоты примерно 8 километров и переходила в термосферу, достигающую 950 километров. Температура в верхних слоях атмосферы оказывалась выше, чем на поверхности, благодаря солнечной радиации и планетарной магнитосфере. Углеводороды и нитрилы, образующиеся при взаимодействии солнечного света и метана, насыщали тропосферу и образовывали тонкую дымку, а азотные облака нависали на высоте 1–3 километров. Раз в несколько веков Тритон проходил через «тёплый» летний сезон, который кратко изменял его ледяной ландшафт.
На подлёте десантные корабли наблюдали извержение криовулканов во всей красе: восьмикилометровые гейзеры поднимались над поверхностью Тритона и растворялись в вышине. Солнечного света на краю Солнечной системы было мало, поэтому струи выглядели зловеще красноватыми, наводя лёгкую жуть на членов десантных отрядов. Тем временем гигантский Нептун заслонял весь горизонт, а на его фоне Тритон казался красным «глазом», скользящим по орбите планеты.
