- А теперь, что скажешь?!
- Ого! - раздалось в ответ. - Скажу, Антоха, что по тебе цирковое училище плачет!
- Что ж, и на том спасибо! - ответил я. - Можешь хамить и дальше, но вывести из себя ты меня не сможешь, так и знай!
- Нет, Антоша, - взмахнул Костя руками, - я сейчас на полном серьёзе и абсолютно без доли сарказма! В самом деле, ты наделён ещё одним скрытым талантом! Изображать свои фантазии у тебя получается намного лучше, нежели придумывать это.
Костя протянул мобильный обратно.
- Ладно, твоя взяла, Константин Сергеевич, но только давай договоримся, что с этой минуты тема закрыта, пока мы окончательно не разругались!
Не торопясь с ответом, Костя целую минуту смотрел на меня немигающим взглядом, а после выдал:
- Прости, Антоша, но, кажется, я всё понял. Это ты сейчас держишь меня за дурака, а не наоборот!
Быстро выхватив телефон из рук приятеля, я начал остервенело листать снимки, чтобы всё же утереть нос этому острослову, но, найдя искомое, я в растерянности остановился.
Только сейчас я понял Костин сарказм: на всех снимках, где мы с Маливьеной были сфотографированы вместе, теперь я был совершенно один. На некоторых фото по положению тела было видно, что я якобы обнимал девушку, но самой девушки не было больше ни на одном кадре. Снимки, сделанные в соседней квартире, тоже принесли разочарование: на них не только не было Маливьены, но и вообще не было ничего, кроме голых и пустых стен. Я растерянно посмотрел на друга, взгляд которого сейчас выражал лишь сочувствие.
Значит, она на самом деле исчезла безвозвратно, а кроме того, её никто и никогда не мог видеть. Хотя, быть может, если бы сердце не погибло, всё было бы иначе?! Впрочем, какая теперь уже разница. Потянув палец к значку крестика, я взглядом зацепился за важную деталь. Если внимательно приглядеться, то можно было заметить интересные детали: вот следы от пальцев, которыми девушка так любила вцепляться в меня, и это очень хорошо было сейчас видно на пальто. Такое невозможно создать ни одной пантомимой, если, конечно, ею не промышляет человек невидимка. Хотя, о чём я вообще? И так уже без пяти минут клиент психушки. По крайней мере, Костя точно теперь так считает. Да куда я полез-то, дурень?! В век цифровых технологий и буйства фотошопа снимками спекулировать! Тем более, сам полжизни этим только и занимался, что создавал подобные иллюзии.
- Антоша, - неожиданно подобрел приятель, выключив надменный тон, - а одолжи-ка, пожалуйста, ещё на секунду мобильный!
Внутри закрался лучик надежды, но я словно очнулся от наваждения. Даже если я докажу Косте существование Маливьены, что мне это даст?! Девушку это мне не вернёт, потому, действительно, зачем вообще всё это продолжать? Решив не задавать лишних вопросов, я протянул телефон другу. Глянув на дисплей и загадочно улыбаясь, Костя пробурчал что-то несвязное себе под нос и, сделав несколько кликов, вернул устройство.
- Не знаю, Антоша, зачем тебе понадобилось всё так усложнять, - прервал, наконец, он затянувшуюся паузу, - но признаться, у тебя шикарно вышло отыграть свою роль. Скажи, только честно, - это всё-таки месть за мой прошлый розыгрыш?!
Я угрюмо покачал головой, искоса взглянув на ледышку. И словно по заказу в кубе стала происходить какая-то трансформация. Колючка прямо на глазах приняла форму идеально гладкой капли.
- Смотри! - ухватил я друга за рукав.
Костя равнодушно взглянул в указанном направлении, а затем с каменным лицом подошёл к кубу. Расплывшись в своей дежурной ухмылке, он внимательно вгляделся в каплю...
- И правда! - картинно вознёс он руки кверху, придавая важности моменту. - В прошлый раз здесь была какая-то колючка, а теперь вот капля.
- Ты и сейчас скажешь, что это всего лишь стеклянная игрушка? - спросил я непонятно зачем.
Лицо Кости изменилось, и, казалось, адское пламя заиграло в зрачках друга, когда он свою ухмылку сменил на демонический оскал. А в следующий миг совершенно неожиданно, схватив куб, приятель со всего маху бросил тот на пол! Безответная прежде ледышка, пережившая и более суровые испытания, к моему удивлению, с лёгкостью и сопутствующим звоном разлетелась на тысячи мельчайших осколков.
- ДА, АНТОН! - закричал Костя с упоением. - Я снова скажу, что это всего лишь грёбаный фонарь. Ты хотел вывести меня из себя, Антоша?! Так скорей давай зачётку, у тебя это вышло на славу!
Костя продолжал кричать, а я лишь завороженно смотрел то на пол, то на беснующегося друга и ощущал, что наступает мой черёд выплёскивать накопленный гнев!
- ЧТО ТЫ НАТВОРИЛ, СВОЛОЧЬ?! - бросился я на гостя, опьянённый единственным желанием - пустить ему кровь из носа.
