– Ну да, тяжеловато координировать систему нумерации в нескольких звездных системах одновременно. Добро пожаловать, Марвин. Бери себе беспилотника. Тут начинается все самое интересное.
Я сообщил Марвину о том, что произошло с момента создания моей архивной копии, на основе которой он был создан. Марвин немедленно вызвался искать источник кремней. У меня сразу повысилось настроение: значит, по крайней мере, одного из них это увлекло.
Прошла еще пара дней, и за это время активировались еще два Боба – Люк и Бендер. Они подключились к проекту с тем же энтузиазмом, что и Марвин.
Значительную часть дня я проводил, наблюдая за Архимедом. А когда он спал, я управлял автоматизированной фабрикой и изучал другие части ДЭ-4.
– Эдем, – вдруг сказал Бендер.
– Э-э… Что?
– Давай назовем ее «Эдем». Родина человечества, родина дельтанцев…
– Мне нравится. – Я кивнул. Марвин и Люк отсутствовали в ВР, но я отправил им личные сообщения и быстро получил от них положительный ответ. – Значит, Эдем. Круто.
Я снова подключился к беспилотнику, который шпионил за Архимедом, и наконец обнаружил, что он использовал в качестве бечевки. Архимед сорвал стебель небольшого ползучего растения, расщепил на нити и высушил их на камне. В результате получились нити – очень прочные, но все еще гибкие. Я не заметил, чтобы так делал еще кто-то из аборигенов.
Я раздраженно вздохнул и вдруг понял, что хочу сесть рядом с Архимедом и чему-нибудь его научить. Я улыбнулся: мне стало ясно, что для меня он – не покрытая мехом свинья-нетопырь, а одинокий мальчик.
– Призываю к порядку членов совета Федерации Планет. – Я посмотрел на экран, где в отдельных окнах виднелись три других Боба. После довольно долгих переговоров с полковником Баттеруортом мы сошлись на том, что построим еще двух новых Бобов. Если честно, то я все еще злился на полковника за то, что он считал нас напрасной тратой ресурсов.
– Ты слишком задвинут на этом своем «Звездном пути», – с ухмылкой заметил Чарльз.
Я отмахнулся от его слов.
– Мы всегда обожали «Звездный путь». Привыкай. – Я сделал паузу. Других комментариев не последовало, и я продолжил: – Автоматизированные фабрики уже работают с полной загрузкой. Мы налаживаем стабильные поставки материалов в точки Лагранжа, и я надеюсь, что в течение двух лет в нашем распоряжении будет действующая верфь. Тем временем Гомер и Чарльз продолжат искать залежи минералов в системе, а мы с Артуром постараемся найти на Земле другие группы выживших. Вопросы?
– Даже если мы найдем выживших, мы мало что сможем для них сделать.
Чарльз затронул тему, которая беспокоила нас всех. У нас нет транспорта, и поэтому мы не можем отправлять на Землю пищу или лекарства. Корабли типа «Парадиз» не предназначены ни для приземления, ни даже для входа в атмосферу. И даже если бы у нас были транспортные суда, полковник Баттеруорт ясно дал понять, что не примет новых беженцев и не станет снабжать их припасами. Помогать им нам придется самостоятельно.
Прямо сейчас я больше всего боялся, что я найду группу людей, а затем буду беспомощно наблюдать за тем, как они гибнут.
Мы с Артуром решили, что поделим поверхность планеты на «апельсиновые дольки» и просканируем ее всю целиком с помощью суддара. Если мы заметим что-либо интересное, беспилотники изучат это с малой высоты. Разумеется, с орбиты мы не сможем заметить людей, но любые стройплощадки, работающие электростанции или фермы станут признаками мест, куда следует заглянуть беспилотникам.
На сканирование ушло почти две недели. В итоге мы получили карту Земли, на которой было отмечено почти сорок точек – полдесятка городов и множество небольших анклавов.
Артур в окне видеосвязи выглядел уставшим.
– Пятнадцать миллионов людей, – сказал он, закрывая глаза и медленно потирая лоб. – От двенадцати миллиардов осталось пятнадцать миллионов. Это вид кретинов. Пусть они все сдохнут, а мы начнем все сначала.
– Какой же ты унылый урод.
Артур, похоже, унаследовал увеличенную дозу угрюмости, и она уже начала мне надоедать. Я старался сдерживать свои ядовитые ремарки, но мне было все тяжелее держать себя в руках. Честно говоря, я почувствовал, что хочу поменять его на Гомера.
