— Он у вас, случайно, не торгует черными наркотиками? — спросил Патридж и захохотал, как всегда чересчур громко. — Нет, ведь это же шикарная реклама для продавцов опиума! Гигантское будущее! Необъятные перспективы!
Камерон немного обиделся. Как-никак Бертран Рассел! Гордость современной Англии и самый ярый опровергатель марксизма! К его словам прислушиваются не только в литературных салонах, но и в кабинетах на Даунинг-стрит. И вдруг его лягает копытом этот необъезженный мустанг!
И он кисло заметил:
— Ваша острота, сэр, мне кажется несколько плоской. Ей не хватает как раз той глубины, которую вы не пожелали заметить у Рассела.
Но Патридж был мирно настроен:
— Давайте-ка, сэр Дональд, потребуем сюда пару бокальчиков химического препарата под названием «Мартини». А? И выпьем за старину Рассела.
Но тут как раз вошел слуга и вручил Камерону визитную карточку.
— Ага, — воскликнул сэр Дональд, рассматривая карточку, — Эндрю Вэр из Скотленд-ярда! Человек, которого мы ждем.
И он обратился к слуге:
— Пригласите джентльмена сюда и позаботьтесь, чтобы нам не мешали. И принесите три двойных «Мартини». Вы ничего не имеете против, сэр, если этот мистер Вэр выпьет с нами коктейль?
— Хоть дюжину коктейлей, дорогой сэр, но только не той дряни, которую нам подали вчера. И я убежден, что Вэр окажется стоящим парнем.
— Мистер Эндрю Вэр, — возгласил слуга, открывая дверь.
Патридж, здороваясь, с придирчивым вниманием разглядывал вошедшего. Толстенький человечек небольшого роста с детски-розовым лицом... Светлосерый костюм — девяносто пять англичан из ста носят именно такой... Взгляд небольших острых глаз проницателен и смел... Гм... Сколько ему лет? От пятидесяти до шестидесяти во всяком случае...
— Хэлло, мистер Вэр! Как вам летелось?
— Благодарю вас, сэр. Погода отличная.
Странно. Маленькая рука, но легко выдержала тиски Патриджа. Ну, ну, посмотрим.
Камерон предложил Веревкину, сесть. Он тоже присматривался и оценивал человека, присланного Никлсоном.
Слуга принес коктейль, расставил бокалы и вышел, бесшумно притворив за собой дверь.
— Выпьете с нами «Мартини», мистер Вэр?
— Благодарю вас, сэр, но я совершенно не пью... Разве только в специальных случаях... — Веревкин чуть улыбнулся. — Когда надо перепить целую компанию пьяниц...
— Вот вы нас и перепейте! — загрохотал Патридж.
— Нет, нет, это не специальный случай, сэр.
— Может быть, чаю? — любезно предложил Камерон.
— Не беспокойтесь, сэр. Я уже пил чай в отеле.
Веревкин снял пенсне и тщательно протер стекла. И Патридж не поверил своим глазам: физиономия Вэра мгновенно изменилась, как будто он вместе с пенсне снял и свой острый взгляд и спокойную значительность. Глаза стали тусклыми, рот обмяк... И Патридж тут же установил, что Вэр имеет несомненное сходство с его полотером... Нет, пожалуй, он больше похож на садовника, поднесшего Эрике букет роз, когда они были у бургомистра и осматривали его оранжереи.
«Среднее лицо», — усмехнулся Патридж.
Веревкин надел пенсне, и Патриджу бросился в глаза рот — прямого разреза, с жесткими складками в уголках губ. Ничего общего с полотером. И на садовника похож не больше, чем индюк на овцу.
— Курите, мистер Вэр, — предложил Камерон, раскрывая свой портсигар с фамильным девизом.
— Это «555», если только вы не находите их слишком легкими.
— Очень признателен, сэр, но я не курю.
— Вы, я вижу, человек, лишенный пороков, — шутливо сказал сэр Дональд, делая глоток из бокала и пренебрегая пучком разнокалиберных соломинок, торчащих из хрустальной вазы.
— У меня их много, сэр, но я борюсь с ними, потому что они могут вступить в союз с моими противниками.
— А!
— Некоторые из них удивительно упорны. Скрипка, например.
— Вы играете на скрипке? — быстро спросил Камерон.
Веревкин залился румянцем;
— Очень посредственно, сэр... Только для себя. Но я еще и делай) скрипки...
— И вам удается их сбывать? Это выгодно? — подхватил Патридж.
— Что вы, сэр! Я не торгую. Мне доставляет удовольствие создавать...
— Чепуха! — пробурчал Патридж. — Бессмысленная трата времени!
— Итак, мистер Вэр, вы не только детектив, но и скрипичный мастер, — с удовольствием отметил Камерон.
— А! Вас интересуют мои приватные профессии, сэр? Думаю, что их наберется с добрый десяток. Я, например, очень приличный слесарь. Могу быть поваром... знаю фотографию и счетное дело... А скрипки... я больше коллекционер, чем скрипач...
— Скрипичный мастер! Просто превосходно! — не слушая его, повторял Камерон. Он посмотрел на Патриджа многозначительно, как бы ожидая от него подтверждения своей еще не высказанной идеи.
Американец пожал плечами:
— Более кстати пришлась бы профессия фальшивомонетчика или взломщика сейфов... Сэр Дональд, разве не так?
— О, я это тоже умею... Это само собой, — скромно заметил Веревкин.
Камерон встал, раза два прошелся по комнате, все поглядывая на Андрея Андреевича, и вдруг круто остановился против него, сунул руки в карманы брюк и спросил:
— Вы действительно знаете преступный мир России, или это только кажется сэру Джорджу?