- В универе курила и когда только пришла работать сюда. Позже бросила, но иногда очень хочется.
- Не нужно тебе еще этим травиться.
- Фил. Пожалуйста. У меня было тяжелое утро, на меня наорал шеф, я опоздала на работу и накосячила.
- Пойдем, – тяжело вздохнув, он разворачивается и уходит к парковке, а я иду за ним. Кстати, Фил сегодня одет совершенно по-летнему, на нем шорты до колена, белая футболка и сверху нее расстегнутая рубашка с коротким рукавом. Я, которой нельзя ходить в чем-то открытом даже летом, потому что в Правительстве действует строгий офисный дресс-код, немного завидую ему.
А еще я несказанно радуюсь, что мы сваливаем на парковку, потому что в парке добрая половина моих чудных коллег, и они не упустят случая перемыть кости мне и Быстрицкому. Ведь все сотрудники Правительства, разумеется, в курсе наших отношений. Бывших отношений. Правда, вот этого они еще и не знают.
Фил щелкает ключом и открывает пассажирскую дверь. Я забираюсь внутрь и понимаю, что даже за те несколько минут, что простояла тут машина, она чертовски нагрелась. Филиппов сразу врубает кондиционер, тянется к бардачку, совершенно спокойно укладывая свой локоть на мои колени, и достает оттуда начатую пачку и зажигалку. Стреляю сигарету, зажимаю в зубах, чиркаю зажигалкой, рискуя сломать несчастный ноготь, а поджечь не могу.
Фил смотрит на это все, качая головой и подкатывая глаза.
- Блять, и она еще курить собирается, – отобрав у меня зажигалку, он в два счета поджигает мою сигарету, а потом закуривает сам. – Может, выйдем? Я не очень люблю, когда тут все прованивает табаком.
Послушно кивнув, выхожу и прижимаюсь всем телом к закрытой двери, а парень, обойдя машину, становится рядом со мной.
- Алехина, я что-то не догоняю, ты реально меня позвала, чтобы постоять и молча покурить?
- Так хорошо, Филь, ты даже не представляешь.
- Завязывай с вот этим, и тогда будет хорошо. Что у тебя произошло?
- Я перепутала документы и отдала шефу неправильный. А он озвучил эти цифры в прямом эфире. Все наши министры, все журналисты и главное, сам губернатор, – все слышали его косяк.
- Да подумаешь, – Фил заходится грубым мужским кашлем и сплевывает в сторону, но тут же затягивается снова. Приглядываюсь внимательнее и замечаю на его скуле синяк. Сначала думала, что мне показалось, но теперь вижу отчетливо. – И что с того? Умер кто-то? Пострадал? На деньги кого-то кинула?
- Нет, но…
- Меньше кипиша, детка, все нормально.
- Я тебе не детка, Леша.
- Вот видишь, как сразу, Леша, Леша. Чего напряглась? Я же все равно буду называть тебя так, как хочу.
Запрокинув голову, выдыхаю дым куда-то в небо и на секунду прикрываю глаза. Это же все не со мной происходит, правда? Я не ухожу сама от одного из самых завидных женихов края. Я не косячу на работе и не получаю нагоняй от шефа. Я не курю с малолеткой с отвратительными манерами прямо на парковке за Правительством средь бела дня. Таня Алехина – это несгибаемая девушка, которая не боится работать с самыми сложными направлениями, тащит на себе огромное количество дел и успевает всегда и во всем.
Я… была такой. Еще вот буквально три дня назад. А сейчас я отчаянно вбираю в легкие никотин, лишь бы не расплакаться второй раз за сутки.
Хочу ответить ему, но не могу. Что-то внутри меня дрожит, шатается и вдруг резко ломается, и я уже чувствую, как противный ком подкатывает к горлу. Захожусь в приступе кашля, но это совершенно не от курения, а от того, что я душу в себе накатившие слезы и давлюсь ими. Не позволю мелкому смотреть на меня такую. Нет, ни за что.
- Тань, что с тобой?
- Все нормально, – выдавливаю слова как из соковыжималки с огромным трудом.
- Нет.
- Что нет?
- Да вижу, что ничего не в норме.
- Откуда синяк? – пытаюсь перевести тему.
- На работе случайно зацепило, так, ерунда. Ты зубы только мне не заговаривай, в чем дело?
- А как ты думаешь сам, а, Филиппов? Я вчера бросила мужчину, с которым была четыре года, а сегодня начала творить дичь на работе и теперь рискую вылететь оттуда при первом же новом косяке.
- Если ты меня позвала, чтобы поныть, как тебе жалко было бросать своего деда, я поехал отсюда на хер.
- Ну и проваливай.
- Уверена?
- Да.
Вижу, как у него глаза потемнели из-за зрачков, которые расползлись на всю радужку. Только никуда он не уезжает, а продолжает стоять и смотреть на меня, нервно крутящую в пальцах теплый окурок.
- Да выкинь ты это, – отняв у меня остатки сегодняшнего срыва, кидает в ближайшую мусорку и чуть ли не насильно усаживает обратно в машину, а уже через пятнадцать секунд оказывается на своем месте. – Жвачки нет, сорян, не успел купить новую пачку.
- Переживу.
- Тань, ты блять как маленькая, честное слово. Ну поорал начальник, и что, сразу в слезы? Он же забудет через пять минут и дальше пойдет, а ты полдня убиваешься.
- Может, тебе плевать на свою работу, а мне нет!
