- То есть Правительство области отказывается от официального комментария? – включает шантаж. Разговаривать с подобными людьми всегда очень опасно, потому что они умеют любое твое слово использовать против тебя.
У меня есть идея, как поступить. Это непрофессионально и даже в каком-то плане низко, но так сильно хочется сделать это… Ведь предъявить мне претензии все равно не получится – я тоже обладаю кое-какими сведениями, которые не красят Станислава Юрьевича.
- В Правительстве ситуацию прокомментируют после проверок. Но вы можете узнать все не от источника, а из первых уст, от Станислава Быстрицкого. Я вышлю вам его номер.
- Вы действительно дадите мне личный телефон Быстрицкого?
- Да. Я дам вам его.
- С вами очень приятно работать, Татьяна.
- Всего доброго, – отключаюсь и ловлю себя на мысли, что злорадствую. Не должна, но все равно делаю это. Карма всегда настигает, Стас, даже если ты думаешь, что избежишь наказания. Копирую его номер и отправляю в мессенджере, как и обещала, а уже через минуту делаю то, что стоило бы сделать сразу, если бы личное не взяло верх над профессиональным. Звоню Карине, секретарю Буйнова, и спрашиваю, на месте ли начальник.
Убедившись, что БА готов меня принять, беру с собой блокнот на всякий случай и отправляюсь обсуждать ситуацию.
Буйнов встречает мой рассказ так, как и должен в соответствии со своей фамилией, – буйно. Он обожает Стаса, как я уже говорила, и считает его фактически своим протеже, молодым и перспективным. Я не знаю, что и думать, почему-то слабо верю, что Стас замешан в махинациях, ведь он мечтает стать министром и получить все полномочия в свои руки. Совершать такие промахи осознанно на пути к своей цели – полная дурь, но я не удивлюсь уже ничему. Взбешенный Буйнов предупреждает, чтобы я в разговорах с другими журналистами не давала никаких оценок ситуации и придерживалась той же схемы, которую я изначально выбрала для разговора с «С-медиа». Проведем проверку, разберемся в ситуации, дадим комментарий, как только будет понимание.
Конечно, я умалчиваю, что слила номер Стаса журналистам. Это чревато последствиями для Быстрицкого – он либо сорвется и пошлет корреспондентов на хер, либо откажется давать комментарии, чем только подтвердит догадку и слитую инфу от источника. Знаю, я поступила ужасно и без преувеличения поставила на кон репутацию Быстрицкого, но он так выбесил меня этим кольцом и сексом со своей секретаршей, что я не могу иначе. Даже если однажды мой поступок всплывет и Буйнов будет дико рассержен, сейчас я не могла поступить иначе.
- Таня, вы с Быстрицким больше не вместе? Он мне так сказал.
Я не в восторге от того, что шеф задает подобные вопросы, но все же лучше, чтобы он узнал это от кого-то из нас, чем от левых людей. В конце концов, мы оба – его подчиненные, и для него важно знать о нас не только формальные вещи.
- Да, Борис Алексеевич, это так.
- Ты сможешь работать с ним? Сама понимаешь, тебе и дальше выполнять свои обязанности в части транспортной сферы.
- Смогу. На рабочих отношениях это не отразится.
Я вру. Нагло вру, глядя прямо в глаза Буйнову, но раз уже решила по-своему, обратного пути нет. Если после того скандала, в который угодил Стас, он сможет выйти из воды сухим, я продолжу с ним работать без каких-либо оговорок на прошлое. Да, это будет сложно, но другого выхода нет.
- То, что я сейчас скажу, должно остаться между нами. Я бы не рассказывал тебе этого, но ваши личные дела совсем не вовремя, – недовольно говорит Буйнов. – Скорее всего, в сентябре или октябре наш министр уедет работать в «Росавтодор», а Быстрицкий станет исполняющим обязанности. Его назначение должны будут согласовать в Москве, но этот… воздержусь от комментариев, кто, умудрился испортить свою репутацию. Мало того, что недавно его видели пьяным на рабочем месте, до меня дошли слухи, что он подрался с кем-то на улице и угодил в обезьянник. Ты знаешь об этом?
Фигня полная. Если слухи дошли до Буйнова, значит, половина города уже в курсе.
- Знаю, – на этот раз говорю честно.
- Я не буду выяснять, в чем дело. Он уже давно взрослый человек. Но эти косяки совсем не к месту. Поэтому история с отмыванием денег сейчас тоже очень напрягает. Возможно, она заказная, кто-то специально сливает Быстрицкого, а может, у них крыса в Минтрансе завелась. Для чего я тебе все это рассказал? Если ты продолжаешь работать со мной и с ним, несмотря на всю ситуацию между вами, ты должна быть готова помогать мне и ему. Отрабатывать вот такие косяки, как с этими чертовыми электробусами, подчищать дерьмо в прессе и перекрывать негатив. Ты уверена, что сможешь?
Уверена ли я? Месть – дело сложное, и поэтому мстить Стасу постоянно я не хочу. Мне надо быть выше этого. Не позволять больше личному брать верх над профессиональным. Больше нет.
Я слила номер Стаса прессе. Я уже виновата и уже не выполнила поручения шефа, но придется перевернуть эту страницу и идти дальше.
