После обеда все в доме затихло. Только Санийя никак не могла остановиться — запас ее новостей был поистине неисчерпаем. Наконец гости ушли. Все в доме успокоилось. Солнце, окутанное предвечерней дымкой, клонилось к горизонту.
Хамди закрылся у себя в комнате, взял книгу, в которой хранил засушенную розу, и долго рассматривал лепестки. Потом подошел к окну и, глядя перед собой, застыл в неподвижности. Из этого задумчивого оцепенения его вывел стук открывающейся форточки. За стеклом в доме напротив появилась тень, которая делала ему знаки. Хамди показал рукой вниз. Тень отрицательно замотала головой. Хамди высунулся в форточку:
— Ты придешь к сестре?
— Уже поздно. Завтра после школы зайду.
— Может, все-таки забежишь на минутку?
Софа заколебалась.
— Самихе что-то нездоровится. — Хамди состроил печальную мину.
— Правда?
— Ну конечно.
— Я спрошусь у мамы…
Сейида все видела и слышала. Она знала, что Самиха совершенно здорова. Как Хамди выкрутится? Тот быстро отошел от окна, кинулся к комнате сестры и знаками попросил ее выйти в гостиную — матери его новости не предназначались.
— К тебе придет Софа, — заговорщически прошептал он.
— Когда?
— Сейчас.
— С чего ты взял?
— Я сам ее уговорил. Сказал, что ты заболела.
— Тогда для убедительности надо пойти в спальню и попросить маму посидеть с нами, — с ехидством улыбнулась Самиха.
— Сейчас не до шуток! Посиди с ней в гостиной, а я к вам подойду.
Раздался звонок. Сейида бросилась открывать, но Хамди опередил ее.
— Сам открою!
Он распахнул дверь, и лицо его просияло. Софа радостно улыбнулась в ответ.
— А я уже боялся, что сегодня мы не увидимся! Солнце садится, а ты окна не открываешь!
— Ведь на улице настоящая буря, Хамди…
— Неужели ветер может нас разделить?
Софа нежно взглянула на юношу и ласковым движением прикоснулась к его руке. Из глубины комнат послышался голос госпожи Фатьмы:
— Кто там, Сейида?
— Госпожа Софа.
— Пусть потом зайдет ко мне.
— Поди поздоровайся с матерью, — попросил Хамди шепотом. — Она отдыхает у себя после обеда.
— А где Самиха? Она правда больна?
— Нет, просто мне очень тебя надо было видеть. Тут такое случилось, что я прямо в ужас пришел.
— Это касается нас?
Разговор прервала вошедшая Самиха.
— Привет, Софа!
— Здравствуй! Хамди сказал, что ты заболела.
— Ничего, все в порядке. Пойдем к маме.
Гостья оглянулась на Хамди. Тот шепнул:
— Потом все расскажу.
— Самиха! — опять позвала из своей спальни госпожа Фатьма.
— Идем, мама!
Поздоровавшись с хозяйкой и ответив на ее вопросы о самочувствии родителей, Софа вслед за подругой вернулась в гостиную. Самиха жаловалась на сегодняшний суматошный день. Софа слушала невнимательно, то и дело поглядывая на дверь в комнату Хамди.
Он вышел с книгой в руках и показал ее Софе:
— Ты читала эту вещь?
— Какую?
— «Повесть о двух городах».
Софа отрицательно покачала головой.
— Я только что закончила «Случайную встречу», которую написал мой дядя.
— Ну и как?
— Мне понравилось… Самиха говорит, что ты тоже пишешь?
— У меня есть несколько рассказов и поэма…
— А они уже напечатаны?
— Нет, и думаю, нигде их не напечатают. Может быть, вместе с Мухтаром и Абдель Рауфом откроем свой альманах.
— А кто издатель?
— Какой там издатель! Где мы найдем столько денег?!
— Отпечатайте на ротаторе.
— Или просто на машинке, — вставила Самиха.
— Нет. Будем переписывать от руки и давать читать кому интересно — наверное, не так уж много найдется желающих.
— Бесплатно? — шутливо поинтересовалась Софа.
— Все зависит от читателя. Есть люди, которым я и сам готов приплатить.
— Пять пиастров — и я согласна! — вызвалась Самиха.
Беседу прервал голос Фатьмы:
— Доченька! Поди ко мне на минутку.
Софа и Хамди остались наедине.
— Что тебя так встревожило? — с беспокойством спросила девушка, едва подруга вышла из комнаты.
— Роза.
— Не понимаю.
— Я хранил ее в книге, между страниц. А тут ветер ворвался в комнату и все разметал.
— И только-то? — улыбнулась Софа.
— Ты даже не представляешь, что значит для меня эта роза! Когда я оставался один, я раскрывал книгу, дотрагивался до лепестков, и мне казалось, что я прикасаюсь к твоей руке!..
— Ты можешь прикоснуться к ней на самом деле.
— Я не выпущу ее никогда! До самой смерти!
— Это долгий путь, Хамди!
— Мы пройдем его вместе.
— Рука об руку!
— Я не мыслю жизни без тебя, Софа.
— И мне ничего не нужно, кроме твоей любви! Лишь бы всегда с тобой. Ради этого я готова на все, что в человеческих силах.
— Кроме тебя, у меня ничего нет!
— И у меня, Хамди!
— Боже мой, как я счастлив!
Застыв в коридоре, Сейида содрогалась в душе от каждого слова, долетавшего до нее из-за двери. Господи! К этой маленькой неприметной девушке, у которой только и было что большие глаза и длинные волосы, спадающие на плечи, которая должна была, как казалось Сейиде, вовсе не существовать для Хамди, обращались теперь его ласкающие взгляды, его прерывающийся от нежности голос!
