Наступивший, 1903 год обещал стать не самым спокойным годом. Помимо проблем на Тихом океане, у нас возникли проблемы на Балканах. Не скажу, что они были для нас чем-то неожиданным. Например, о заговоре против сербских Обреновичей, я знал ещё до того, как он возник. Какие я принял меры? Организовал другой заговор. И если "Черная рука" поощряемая нашими славянофилами и французским Генеральным Штабом, стремилась привести к власти династию Карагеоргиевичей, то созданная мной "Schwarze Hand", готовилась возвести на сербский престол черногорского принца Мирко. Это конечно не обрадует наших славянофилов, но меня подобное развитие событий вполне устроит. Казалось бы, какой прок менять одного германофила на другого? А не скажите! Смысл был. Прежде всего, Александра Обреновича стоило свергать потому, что недовольны им были не только сербы, но и все монархические дома Европы. Благодаря королеве Драге, сербскому монарху давно был заказан ход в Россию. То есть, страна имела монарха, с которым никто не хотел иметь дело. А значит, сербы не могли заключать важные для себя соглашения. Принц Мирко не был столь одиозен и право, меня устраивал со всех сторон. Дело в том, что будучи германофилом, он неизбежно будет следовать в фарватере австрийской и германской политики. Но ведь на Балканах именно так и происходит: стоит тебе с кем-нибудь подружиться, как ты немедленно обретёшь вражду со стороны соседей. Для нас дружить с Сербией — значит создавать угрозу Австро-Венгрии. Но тогда к последней рано или поздно примкнёт Болгария. Дружить с Болгарией — значит создать угрозу туркам, а сербы быстро становятся врагами болгар. Что интересно, при таких раскладах, ни те, ни другие не становятся врагами России. Правители может быть и хотели бы целиком и полностью отдаться Европе, но при этом удержаться у власти для них становилось проблематично.
Мне в данном случае, дружба с болгарами была выгодней. Неплохой плацдарм против турок, причем транспортная связанность с ним была много лучше, нежели с сербами. Иметь в своём распоряжении такие гавани, как Варна и Бургас — дорогого стоит. Главное — научиться быстро перебрасывать туда свои войска. Именно поэтому я в этом году посетил Крым раньше обычного. Официально — для отдыха, а на деле, я собирался проверить: чего стоит мой Черноморский флот?
С Черноморским флотом всё произошло именно так, как я и ожидал. Всего-то от него и требовалось: из пункта ""А" в пункт "Б" перебросить морем два полка пехоты. А если точнее: Из Одессы в Новороссийск перевезти морем прибывшие накануне Семёновский и Преображенский полки. Гвардия меня порадовала. Это был первый для неё опыт срочной переброски на большие расстояния. И гвардейцы с этой задачей справились. Всякого рода мелкие недостатки при этом всплыли, но тем не менее, в окрестности Одессы полки прибыли без потери боеспособности. Впрочем, учитывая, сколько офицеров Генерального штаба помогали гвардейцам в организации воинских перевозок, удивляться этому не стоило. Зато дальше всё пошло наперекосяк. Согласно военным планам, пунктами высадки гвардейцев на берег были Варна и Бургас. Но на учениях, мы назначили иной пункт: Новороссийск. Почему его? Высадка гвардии в болгарских портах или даже в Батуме, обязательно встревожит всю Европу, а турок в первую очередь. Новороссийск в этом плане подходил для нас по всем статьям. И от границ далеко, да и внутренние перевозки никому не угрожают.
Посадка пехоты на корабли высветила кучу проблем. Уложиться в то время, которое офицеры Моргенштаба определили как нормативное, не удалось. Но это цветочки. Ягодки начались во время перехода и даже раньше: при выходе из порта. Дело в том, что я помнил: выходить в ночное время из порта, гражданский флот всех стран мира умел неплохо. Для них это было обычной рутиной. Поэтому транспорты с пехотой вышли из Одессы без проблем. Проблемы начались тогда, когда стоящие на внешнем рейде военные корабли попытались составить охрану конвоя. Как раз этому наш флот и не был обучен. И вообще, покидать базу ночное время, до самого начала Второй Мировой войны умел только японский флот. В общем, походный ордер сложился не сразу и с опознанием тоже возникли проблемы. Даже мне, сухопутному вояке, было понятно: операция на грани провала. Слишком много действий, демаскирующих конвой, предприняли черноморцы. А потом началось настоящее веселье. Привлеченные к учениям пароходы "Морвоенторга" под руководством Бойко, устроили тот ещё "балет"! Выныривая из темноты и обозначая светом прожекторов артиллерийский огонь "вражеских крейсеров", Убегая при ответном "огне", они сумели заставить боевые корабли оторваться от охраняемых транспортов, а затем и вообще их потерять. И когда транспорты остались без защиты, два парохода Бойко, вышли на транспорты и условным сигналом прожекторов обозначили "расстрел" каравана.
— Ваше величество! Такое впечатление, что на каждом нашем корабле, "противник" держал по шпиону! — сделал вывод, потрясенный увиденным Дубасов.
