Язык Ачестера уверенно скользнул по губам Эрика, слегка облизывая, вторгся внутрь, сталкиваясь с его, превращая поцелуй в полную наслаждения пытку, пресекая всякое сопротивление.
— Эри-и-и-и, мой Эри, я так хочу тебя, — Патрик чувствовал, что готов сойти с ума от охватившего его чувства нежности и невыносимой радости, что его омега оказался таким чувствительным.
Оторвавшись от губ шатена, альфа начал целовать покрасневшее лицо, подбираясь к чувственному ушку, прикусил мочку, ласково и нежно скользнул по ней языком. Эрик стонал, приоткрыв рот и запрокинув назад голову, его глаза были закрыты, а сердце давно сбилось с ритма.
— Эрик Роджерс, — немного отстранившись и ловя ртом воздух, прохрипел Патрик. — Ты только мой! Никому тебя не отдам!
— Патрик Ачестер, — в голосе омеги послышались удивлённые нотки. — А что, кто-то ещё, кроме тебя, хочет заиметь такую занозу в заднице, как я?
Патрик глухо зарычал, рывком срывая платье с тела Эрика, ладонью касаясь обнажённого живота.
— Ты позволишь мне?.. — не дожидаясь ответа, альфа встал на колени, спуская вниз влажные трусы и полной грудью вдыхая умопомрачительный, крышесносный аромат карамели с ванильными нотками. Когда губы Патрика коснулись напряжённой, изнывающей от желания плоти, Эрик почти взвыл. Он едва удержался на ногах, кожа пылала от прикосновения пальцев, языка, губ. Ачестер сам сходил с ума от пожирающего его огня, он едва сдерживался от того, чтобы как зверь не накинуться на парня и не поиметь его глубоко, резко, немедленно. Альфа руками обхватил бёдра Эрика, чуть сжал, заставив его раздвинуть ноги сильнее, подразнил языком чувствительную и покрасневшую головку, и наконец его губы сомкнулись на плоти и втянули её в себя целиком, до самого основания, не давая ни минуты на то, чтобы прийти в себя, до слёз в глазах. Несколько рваных движений, и Эрик бурно кончил, выплёскиваясь в рот Патрику и прикусывая собственную ладонь, чтобы не заорать от удовольствия, пронзившего всё его тело.
Альфа облизнулся, глазами, подёрнутыми пеленой вожделения, посмотрев на вздрагивающего и ничего не соображающего омегу. Разум давно смолк, оставляя лишь желание чувствовать, дарить наслаждение, ощущать под пальцами гибкое и изнывающее от его ласк тело.
Резко поднявшись, Патрик подхватил на руки своё сокровище и в несколько шагов достиг двери в спальню.
Осторожно опустив Эрика на кровать, альфа быстро избавился от одежды, вставая в ногах разомлевшего омеги полностью обнажённым с гордо стоящим членом. Ему хотелось взять шатена немедленно, войти в его узкую, тугую плоть, заполнить собой, подчинить, но он сдерживал себя изо всех сил, хотя уже задыхался от невыносимого желания.
Поставив колено рядом с ногой Эрика, Патрик склонился к его лицу, вновь завладев его губами, спускаясь поцелуями к шее, плечам, ключицам, лаская каждый миллиметр чувствительной кожи, а настойчивый язык проник в каждую впадинку, ощутив вкус своей истинной пары.
Руки Роджерса гуляли по спине альфы совершенно бездумно, возбуждение вновь накатывало волнами, губы отвечали на сумасшедшие поцелуи, он беззвучно умолял, изнывая от жара в крови. Всё вокруг потеряло смысл, превратилось в бешеную пульсацию крови внизу живота, оглушительный стук сердца, в хриплое и сбивчивое дыхание. Глаза Патрика, одурманенные страстью, пылали, как чёрные звёзды. В них уже не было никакого смысла, лишь бесконечная нежность и страсть.
Ягодицы омеги напряглись, когда палец Патрика осторожно обвёл края узкой, сочащейся смазкой дырочки, чуть надавливая. Альфе пришлось отвлечься, чтобы вновь втянуть в рот твёрдый член захлебнувшегося от пронзившего его удовольствия Эрика, и, сев удобнее между раздвинутых и согнутых в коленях ног омеги, осторожно ввёл палец полностью, сходя с ума от тесноты сжимающихся мышц.
— Эри, расслабься, — тяжело дыша и закусывая губу, прошептал Патрик, не сводя взгляда с того места, в котором находился сейчас его палец.
— Тебе легко говорить…
— Это мне-то?.. Малыш, скоро станет приятно, я обещаю…
Через минуту Эрик извивался под альфой, бессознательно двигаясь навстречу, вскидывая бёдра. Патрик нашёл то, что искал, и говорить омега уже был не в состоянии: он полностью растворился в новых ощущениях. Блондин осторожно проник внутрь вторым пальцем, и Эрик вскрикнул, насаживаясь сильнее и требуя большего.
— Патри-и-ик… Ри-и-ики… Рик-к-к… я сейчас умру, сделай со мной уже что-нибудь! — громко стонал омега, невменяемым взглядом смотря на не прекращающего растягивать его альфу. — Не останавливайся!
— Да даже если ты сейчас прикажешь мне остановиться, я не смогу этого сделать! Уже не смогу…
Патрик медленно вытащил выпачканные в смазке пальцы и начал входить в растянутую дырочку своим истекающим от желания членом. Эрик вскрикнул, широко распахивая глаза.
