Жак не огорчился нисколько, тут же собрал вокруг себя своих и гостей, выстроил их в колонну и принялся что-то объяснять – какой-то совсем простой танец. Его слушали, у всех получалось, смеялись, хлопали, топали и ещё что-то делали.
Анри глянул украдкой на маркизу – сидит, глаз не сводит. А потом вдруг глянула на него, как заговорщица, и почему-то шёпотом спросила:
- Генерал, научить вас плохому?
Перед праздником в крепости мне пришлось выдержать дома небольшую битву – с Марьюшкой. Она убеждала меня, что для подданных его франкийского величества мне необходимо одеться так, как подобает маркизе и первой даме прежнего царствования. То есть – в захваченное из дома придворное платье с корсетом, париком и прочими важными деталями.
Придворное платье страшило меня. Опыта ношения такого дива я не имела, совсем и никак. Да, дома существовали люди, которые делали для себя такое, и носили, и танцевали в этом всём, и не только танцевали, наверное, но – это не для меня, совсем не для меня. Может быть, потом. Не сейчас.
- Но госпожа Женевьев, это же официальный приём!
- Мари, давай договоримся так. Если всё пойдет хорошо, то на Рождество позовём всех к нам. И тогда я уже обещаю одеться, как подобает.
Дома и стены помогают, и если мне поплохеет в корсете, то я смогу уйти к себе и переодеться во что попроще. А пока – ну его, лучше в привычном.
Я попросила подготовить мне винно-красный комплект – жакет и юбку, и вышитую рубаху под всё это, и достала из шкатулки несколько штук жемчужных бус – я надену их во много рядов. Жемчужные серьги и брошь с большой жемчужиной и бриллиантами на жакет. Каким образом Марья накрахмалила мне чепец – я не поняла, но они вместе с вездесущей Ульяной это сделали, чепец сиял белизной и топорщился уголками с кружевом. От парика я ещё раз отказалась, ну его, потом.
Ещё Марья подкрасила мне лицо – эх, слишком белое получилось, ну да ладно. Где теперь найдёшь всякие тональники и хайлайтеры? Да нигде, так что, Женя, живи, с чем есть.
Но когда я оглядела себя по частям в маленькое зеркальце, то в целом осталась довольна. Неплохо, неплохо. Потом осмотрела своё воинство – Марья оделась в тёмно-зелёное, ей было к лицу, у Меланьи нашёлся красный сарафан – вот прямо сарафан, да, и к нему алая лента, ею она подхватила вымытые накануне в бане и распущенные тёмные волосы, вышло красиво. Дарью же я просто пару дней назад вызвала к себе в комнату и примерила на неё один из моих серых комплектов, с милой вышивкой на полочках жакета и по подолу юбки. Цвет подошёл, и дальше уже мы с Марьюшкой подогнали по ней лиф и пояс юбки, и всё стало хорошо. И рубаху новую я ей тоже выдала. А потом ещё оглядела своё воинство перед праздником и надела на каждую шею по жемчужной нитке. У Меланьи оказались проколоты уши, ей ещё серьги достались. Она радовалась и благодарила, а Дарёна только рот разевала, и глотала слёзы, и еле слышно пробормотала «спасибо». Наверное, в жизни никто ничего не дарил, а те подарки, которые сосед Егорка когда-то привёз, ей в итоге не достались. Ничего, устроится всё. Как-нибудь, с господней помощью.
Вот, Женя, ты уже почти как местная, тоже на господню помощь уповаешь. Ещё, конечно, на старичка-бурундучка и Алёнушку, раз уж сложилась триада. Такова жизнь, что поделать. Это дома ты была сама, всегда сама, и если вдруг не сама, а с Женей, то это было очень хорошо. Но чаще это он приходил к тебе и спрашивал – а где договор, а где машины, а что вот с этим делать, тут косяк. Здесь тоже встречаются косяки, и люди тоже разные, но – когда ты не один, это невероятно. Поэтому – вперёд. Шубы-шапки-валенки не забыть, потому что вдруг гулять соберёмся.
За нами сверху пришёл Северин, прекрасный, как принц, и мы уже даже не боялись короткого пути на гору.
Ой нет. Не боялись мы с Меланьей, а Марьюшка и Дарёна – боялись. В итоге Марья пошла со мной, а Дарёна – с Меланьей, и ничего, все благополучно добрались. Тёплую одежду сложили на лавку, и пошли одаривать хозяев подарками, которые Северин предусмотрительно заколдовал от возможной порчи на колдовской изнанке мира. Пироги, да ещё самогон от Дормидонта с Севостьяном – ничего так подарки, по нынешним временам. Впрочем, мои соседи тоже принесли главным образом еду – такую, какой на горе нет. А я, значит, очень кстати одарила моих дев жемчугами, пусть носят.
