Первые рахарские корабли едва успели появиться в реальном пространстве, еще не подняв защитные поля, как на них обрушился вал огня. Десяток фрегатов и два крейсера почти мгновенно превратились в облачка обломков, не успев предупредить своих. Впрочем, при отсутствии гиперсвязи и не могли. Удивительно, что адмиралы экзархии не отправили сначала разведку, а сразу двинулись полным ордером. Видимо рассчитывали на свое численное преимущество. Хотя они всегда отличались прямолинейностью, лархонские военные считали их необразованными дуболомами, поскольку те надеялись исключительно на силу — хитрые тактические ходы были не для них.
Однако численное преимущество сыграло свою роль, когда основной флот вышел из гиперпространства и принялся утюжить немногочисленные лархонские корабли, которых было всего шестнадцать, а линкор среди них и вовсе один — для того, чтобы отбиться от пиратов, этого вполне хватало. На скорое нападение старого врага никто не рассчитывал, разведка прохлопала ушами подготовку к войне.
Адмирал Мархан-Орч, когда на его флот сразу по выходу из гипера обрушился огонь пространственных станций, поначалу растерялся. Но ненадолго — опытный, старый вояка быстро взял себя в руки и принялся раздавать приказы, про себя думая, что придется отдать СБ приказ разобраться — явно имело место предательство, иначе откуда федератам знать точку выхода флота в реальность? О том, что передать информацию после старта было физически невозможно, он не задумывался. Мышление адмирала всегда было простым и незамысловатым, в его карьерном росте сработал отрицательный отбор, когда командиры, чтобы избавиться от инициативного дурака в своей части, отправляли его на повышение, не задумываясь о том, что однажды попадут под его командование и очень об этом пожалеют.
Лархонских кораблей оставалось все меньше, пришедшие в себя рахарцы, обозленные неожиданными потерями, активно выбивали их. Стало понятно, что вскоре они возьмутся за оборонные станции и быстро подавят их сопротивление. Полковник Нойд получал все больше докладов о повреждениях и гибели людей, скрипел зубами и продолжал командовать — живым никто работорговцам сдаваться не собирался.
— Господин полковник, чужаки! — вскинулся оператор сканеров.
— Что, чужаки? — не понял он.
— Они что-то делают! От их корабля идет плотный поток неизвестного излучения, оно фокусируется перед рахарцами! Физические константы меняются! Это невозможно, но они меняются!
Случившееся вскоре после этого до самой смерти снилось Нойду, и он просыпался в холодном поту. Ничего подобного никто из лархонцев никогда не видел, да и представить себя не мог. Перед главным ордером рахарского флота внезапно образовалась область мерцания, пространство замельтешило, как мельтешит изображение на поврежденном экране. А затем его прорезала белая, горящая яростным светом линия, начавшая стремительно расширяться. И вскоре она расширилась настолько, что превратилась в окруженное огненной дымкой пятно, легко поглотившее рахарские корабли. Они лихорадочно замедляли ход, но не успели уклониться и провалились в пятно, тут же схлопнувшееся обратно в белую линию, которая потускнела и исчезла. В системе осталось около десятка легких рахарских кораблей, все остальные исчезли, словно их здесь никогда и не было. А чужак плюнул в них огненными сгустками, мгновенно превратившими работорговцев в ничто. Позже ученые, анализировавшие записи сражения, утверждали, что это были мезонные орудия, считавшиеся в федерации чистой воды фантастикой.
Ошалевшие лархонцы переглядывались, осеняя себя святым кругом Создателя, они ощущали себя приговоренными к смертной казни, которых помиловали прямо на эшафоте. Только Нойд похолодел, ему стало страшно до онемения — чужаки не солгали, один их небольшой корабль оказался способен справиться с целым флотом. Это пугало. И настораживало.
— Господин полковник, вас срочно вызывает резиденция губернатора!
— Связывай! — хрипло выдохнул он.
На экране появилось породистое лицо Кейда Райхиса, губернатора системы Рит-Стаор. Он некоторое время молча изучал вытянувшегося по стойке смирно Нойда, затем кивком поздоровался и спросил:
— У вас есть связь с гостями?
— Никак нет, господин губернатор! — отрицательно покачал головой Нойд. — Они сами связывались с нами неизвестным способом, переборка напротив превратилась в голографический экран. Могу попробовать вызвать их.
— Вызовите.
Однако этого не потребовалось, чужаки, как выяснилось, слушали их разговор, легко взломав защищенную и зашифрованную военную связь, что вызвало у безопасников горестные и обреченные вздохи — с них за это спросят. Изображение губернатора сдвинулось, рядом с ним возникло лицо уже знакомого полковнику пришельца. Как его так? А, Игоря Талызина.
— Добрый день, уважаемый! — наклонил голову тот. — Приветствую вас от имени Российской империи и имперского наместника Николая Александровича Волгина. Хочу сообщить, что дипломатическая миссия уже вылетела, будет здесь через двое стандартных суток. Мне поручено дождаться ее.
