В системе, между тем, поднялась паника. Информация о скором нападении работорговцев разошлась по ней, как круги по воде. Сотни, а затем и тысячи кораблей покидали наземные космодромы и пространственные стояночные площадки, набитые беженцами под завязку, спешно разгонялись и уходили в гиперпространство. Цены на билеты сразу подскочили на несколько порядков — в капиталистической цивилизации вместо помощи ближнему и дальнему стремились выжать из него все соки, воспользовавшись бедой. Оставшиеся в Рит-Стаор обреченно готовились к обороне — никто не верил, что удастся отбить нападение. Десять линкоров с сопровождением размажут оборону системы и даже не заметят этого. Такого нашествия давно не случалось. Это значило, что нападение на Рит-Стаор — только начало. Похоже, начинается большая война. А федерация, как всегда, не готова — командование флота было озабочено не обороноспособностью, а способами набить себе карманы.
Оборонные призмы спешны выводились в боевой режим, флот занимал позиции — благо, благодаря чужакам, вектор выхода рахарцев в обычное пространство оказался известен. Одно это давало огромное преимущество. Если бы не огромное преимущество в силах, то отбились, но сейчас было не обычное нашествие, а однозначно первое сражение новой войны. К счастью, командование поверило полученной информации, а активное сканирование указанного русскими направления подтвердило искажения гиперпространства, что могло происходить только из-за скорого прибытия большого флота. Были желающие не верить, но после получения результатов сканирования пришлось поверить и им, хотя очень не хотелось.
Военные готовились драться до конца невзирая на то, что все здравомыслящие офицеры понимали — не отбиться, но попадать в рабство никто не желал — люди знали насколько бесчеловечно относятся рахарцы к рабам, ни один себе такой судьбы не желал. А предателей почти не было — бесполезно, экхархат обещал им золотые горы, но никогда не выполнял своих обещаний, и предатели точно так же, как и те, кого они предали, становились рабами. Это было общеизвестно, потому даже самые хитрые и пронырливые дельцы давно уже не пытались договориться с рахарцами — для тех слово, данное «пока еще не рабам», ничего не значило. Его нарушали сразу же, как только это становилось выгодным. Что странно, работорговцы при этом очень удивлялись, что почти никто, даже откровенные предатели, не желает идти с ними на контакт, словно не понимали, что в этом виноваты их собственные действия.
— Что чужаки? — поинтересовался Нойд, когда орудия станции были нацелены на расчетную точку выхода рахарского флота.
— Заняли позицию над плоскостью эклиптики, примерно над орбитой четвертой планеты, — доложил лейтенант Огли. — Окружили корабль какими-то неизвестными силовыми полями, причем их напряженность такова, что я никому не рекомендовал бы подходить близко.
Полковник кивнул своим мыслям. Он подозревал, что русский корабль преподнесет еще немало сюрпризов, но это он, а из командования никто не верил, что чужак сыграет какую-либо роль в предстоящем сражении. Не слишком большой корабль — скорее всего крейсер, около восьмисот метров в длину и шестисот в ширину.
Лихорадочная подготовка к обороне дала свои результаты, и задуманное штабом построение, невзирая на неуверенные действия неопытных капитанов, все же оказалось завершено вовремя. Орудия пространственных станций нацелились на точку выхода из гиперпространства рахарского флота. Туда же были наведены ракеты, вокруг разбросали и активировали минные кластеры. Работорговцев ждало множество «приятных» сюрпризов.
Однако каждый вменяемый офицер осознавал, что сил все равно недостаточно против такого флота. А помощь неизвестно успеет или нет. Курьерский корабль ушел, но до соседних федеральных систем доберется только через несколько часов. Пусть даже оттуда без промедления отправят подмогу, ей добираться до Рит-Стаор около суток. К тому времени все давным давно закончится. Рахарцы прекрасно понимают, что систему им не удержать, поэтому просто уничтожат в ней все, до чего дотянутся. И забросают ядерными, а то кварковыми бомбами планету, которая после этого станет непригодна для жизни. Федеральный флот придет на пустое место. Нет, кто-то, конечно, выживет, но таковых будет немного.
Чем ближе становилось время прибытия вражеского флота, тем сильнее нарастало напряжение среди офицеров. Наконец пространство в расчетной точке пошло разноцветными волнами — чужаки не ошиблись, точно предсказав вектор выхода и его координаты. Чувствительность их аппаратуры вызывала уважение и зависть.
