Муглак вместе с Сайгохом осторожно вытащили кашляющего хоббита из клетки, имени его они не знали, тот еще в Сангарии забился в угол и часто тихо плакал, не желая ни с кем разговаривать, ну его никто и не трогал, своих проблем хватало. Повезло, что среди схваченных стражниками мальчишек не было откровенных паскуд, подобных волчатам из банды Косого Дика. Те бы жизни никому не дали. За орками наружу выбрались эльфы, Лунарель и Калариен, следом остальные.
— Идите за мной, ребята, — велела девушка и повела детей к порталу. — Думаю, вам всем целителям показаться лишним не будет.
Было страшновато заходить в арку, но Муглак взял себя в руки и решительно ступил в светящийся туман — воину нельзя показывать своего страха ни перед чем. Его тело словно растянуло на тысячи шагов, затем схлопнуло в одну точку. Полуорк, с трудом удержавшись на ногах, оказался в невероятно странном месте, ничего подобного он до сих пор не только не видел, но и представить себе не мог. Огромная площадь, вокруг которой были построены высокие здания настолько причудливой формы, что Муглак только рот открыл. В воздухе вились бесчисленные разноцветные мошки, но когда они они приближались, становилось ясно, что это какие-то непонятные полупрозрачные штуковины, внутри которых сидели люди, эльфы, орки, гоблины и гномы. В небе вращалось подобие огромного цветка стального цвета, он постепенно взлетал все выше и выше.
— Это чего такое? — ткнул в него пальцем полуорк.
— Очередную исследовательскую станцию на орбиту Арды выводят, — пояснила имперка, вот только спрашивавший из этого объяснения не понял ровным счетом ничего.
Заметившая это девушка ненадолго задумалась, а потом сказала, что в небе над миром плавают вот такие штуки и в них живут разумные, это нужно для очень многого, все она сейчас рассказать не сможет, им это расскажут в интернатовских школах.
— А куда нас сейчас? — спросил Калариен.
— После того, как отнесем больного в госпиталь пойдем вон через те врата, переместимся в другой мир, Владию, вас определили в восемнадцатый интернат на третьем материке, там отличный климат, море рядом, лес и горы.
— А что нас там делать заставят? — насторожился юный эльф, с раннего детства, после предательства сородичей, не ждавший от жизни ничего хорошего.
— Разве что дежурства будут по кухне, помогать поварам, так все воспитанники дежурят, — усмехнулась понявшая его сомнения имперка. — А так будете учиться в школе, знакомиться с империей, путешествовать по разным мирам и космическим станциям. Можно многое рассказать, но лучше увидеть собственными глазами. Вам понравится, обещаю! Еще никто из ардовцев не остался недовольным, а ваших там много.
Мальчишки неуверенно переглянулись — они тоже слышали восторженные рассказы о том, что в империи хорошо живется, у всех есть работа, жилье и кусок хлеба, но после голодного уличного детства боялись верить в хорошее. Однако многие понадеялись, что им не лгут, иначе не ходило бы столько слухов.
Муглак осторожно огляделся по сторонам. Людей, орков, эльфов и других разумных было на улицах этого странного города множество, но ни одного оборванца он среди них не заметил. Неужто вообще нищих нет? Разве так бывает? Слева полуорк увидел что-то наподобие трактира, в котором местные жители сидели за легкими столиками на веранде, они что-то ели и пили, пахло на удивление приятно. Но еда была совершенно незнакомой.
Тем временем дети дошли до очередной засветившейся арки и вошли в нее, оказавшись в светлом большом помещении, уставленном белыми овальными штуками с красным крестом на боках. К пришедшим тут же направился смуглый человек в белом рубчатом комбинезоне, его лицо почти полностью скрывала маска. Он что-то спросил на незнакомом языке, сопровождающая ответила, и незнакомец заговорил уже понятно.
— Что с парнем? — спросил он, велев положить бредящего хоббита на кушетку. — Я целитель, зовут Николаем.
— Простыл сильно, жар у него, — хмуро ответил Муглак. — Этот эльф, — ткнул он пальцем в хмурого Лунареля, — его магией чуток подлечил.
— А что именно ты сделал? — оживился целитель.
— Да я точно не знаю, — пожал плечами эльф. — Старшаки показали. Когда так делаешь, то простуженным легшает. Кашляют меньше.
— Понял, — кивнул Николай. — Разберемся. Тебе шрам убирать?
— А его можно убрать⁈ — поразился Лунарель. — Убирать, конечно!
— Хорошо. Тогда все раздевайтесь и залезайте в капсулы. Не бойтесь, в них лечат. Одежду свою, коли хотите сохранить, снимайте. Но я б не стал эти лохмотья сохранять, вам все новое выдадут.
Ближайшие белые штуковины открылись. Муглак поежился, но решительно залез в одну из них, он тоже был не прочь избавиться от шрамов, усеивающих почти все тело — года три назад его очень сильно избили, чудом выжил. А затем что-то зашипело, и сознание полуорка померкло.
