— Для начала я хочу сообщить то, что вы, возможно не знаете, — начал тот. — На «Снегире» к нам прибыли представители всего двух страт имперского общества. Старики, прошедшие Великую войну и ненавидящие Западный мир всей душой, да и есть за что, если честно. Наши коллеги из их мира, считая, что уже победили, натворили такого, что забыть и простить это невозможно. Даже меня мороз по коже продирал, когда я смотрел записи тех времен. Умом понимаю, что иначе русский народ не сломаешь, но смотреть на это слишком страшно. Вторая страта — это молодежь, так называемые коммунары, продукт воспитания вышеуказанных стариков, поколениями растивших тех самых жутких сталинских нелюдей, для которых чуждо все человеческое. Да-да, именно таких в свое время почти удалось вырастить Сталину, и именно ради их уничтожения мы начали ту войну, вспомните, чего испугались предки. Так вот, в империи коммунаров очень много, и они воспитывают таковыми уже наших детей. Причем, весьма успешно, я сам работаю в школе и вижу все это своими глазами, учебные программы призваны воспитать крайне талантливых, горящих общим делом людей, при этом любое стремление к собственной выгоде подается, как нечто крайне отвратительное и даже омерзительное. Они невероятно добры к своим и абсолютно безжалостны к чужим, совершенно равнодушно смотрят, как умирают от старости молящие о помощи люди, которые не соответствуют их этическим нормам. А ведь могут легко спасти несчастных! Но… нет. Я не раз слышал их заявление: «Нам в будущем такие, как вы, не нужны. Ваши чудовищные идеи должны умереть вместе с вами». А вся чудовищность идей в том, что люди заботятся прежде всего о себе, а только потом о ком-то другом. Для имперцев это совершенно недопустимо, эгоизм в их среде считается… э-э-э… даже не знаю, как сформулировать. Подобием извращения, наверное.
— Даже так? — ошарашено посмотрел на него явно не поверивший рассказу Лонгстоун. — Но общество такого типа нежизнеспособно!
— О, вы ошибаетесь! — заверил Тропицын. — К моему глубочайшему сожалению. Вы, вероятно, слышали, что в империю вошли две населенные планеты, находящиеся довольно далеко отсюда. На одной жили смески туземцев с земными колонистами, русскими и американцами, которых эвакуировали через телепорт с еще одной Земли перед началом ядерной войны между США и СССР в конце шестидесятых готов двадцатого века. А вот вторая — это вообще нечто. Это та самая, изображенная в книгах профессора Джона Толкиена Арда, где живут люди, эльфы, орки и хоббиты. Да-да, господа, не улыбайтесь насмешливо, это не фантастика, а самая, что ни на есть, реальность. Так вот, даже там имперцы собирают беспризорных детей и растят их коммунарами. Как я уже говорил, вполне успешно, первые молодые эльфы и орки уже появились на территории России, и они такие же, как прилетевшая на «Снегире» молодежь. Может, не настолько непримиримые, но тоже далеко не подарок. Вы забываете, что в империю входит не только Земля, но и еще несколько планет, что это цивилизация, обладающая мало того, что космическими кораблями, но и межпланетной телепортацией. И что происходит на этих планетах мы с вами просто не знаем. Да, внутри империи можно многое узнать в интернете и по телевидению, но насколько правдива эта информация? Я склоняюсь к тому, что большей частью правдива. Имперцы, похоже, просто считают ниже своего достоинства лгать.
— То есть, мы окончательно проиграли? — хмуро спросил англичанин.
— А вот это еще неизвестно! — поднял палец вверх русский. — Дело в том, что в последние годы в империи дело идет к так называемым сытым бунтам. Обыватели, живущие на всем готовом, обжирающиеся инопланетными продуктами, имеющие любые товары бесплатно, хотят развлечений. Причем не обычных, а щекочущих им нервы, жестоких и кровавых. Их ведь не допускают к работе в пространстве, к имперской медицине, к полетам, к науке и еще много к чему. Почему? Да потому, что имперцы относятся к обывателям с легкой брезгливостью, кормят, желая только, чтобы те дожили свое и издохли, никто им долгой жизни не даст. Ведь их детей растят коммунары и, возможно, не в первом, так во втором или третьем поколении те сами станут таковыми. Это неизбежно, если обыватели не добьются своего. А их гул недовольства с каждым годом все сильнее, они хотят развлекаться, но ничего, кроме фильмов, компьютерных игр и телевидения им не предоставляют. Имперцы развлекать паразитов, по их выражению, не собираются. Протесты безжалостно давят, но те постепенно ширятся, обывателей в стране слишком много. Причем, чтобы изменить свое социальное положение, достаточно завербоваться на другую планету, но там придется работать, а работать обыватели не хотят. Действительно паразиты, но при этом считающие себя солью земли.
— Сытые бунты? — радостно переглянулись масоны. — Это очень хорошее известие! Хотелось бы подбросить бунтовщикам оружия, хотя бы стрелкового и взрывчатки…
