Хозяйка голосовой командой открыла голоэкран и вызвала браузер, к такому она, как остальные жители империи, давно привыкла, в отличие от жителей западных стран, до сих пор пользовавшихся мониторами — туда голографическая техника не поставлялась ни при каких обстоятельствах. После чего позволила пользоваться браузером гостье. Та задала поиск по параметру «Современные молодежные песни планет империи», после чего ткнула пальцем в третью сверху ссылку. Открылся очень скромный, явно любительский сайт, с экрана улыбнулись пять совсем молодых девчонок, вот только людьми из них являлись всего две, а остальные три — эльфийка, орка и дроу.
— Это группа с Арды, — пояснила Эрида. — Они студентки, математику и физику изучают в Первом Толкинском университете, он на каком-то острове Фламинго расположен. Музыкой занимаются в свое удовольствие, не ставят ее во главу угла.
Она включила какую-то запись, сперва запела одна девушка, затем вторая и третья. Поначалу ничего особенного не было, неплохо, но не более того. Однако затем Алика невольно заслушалась. Голосами девчонки обладали богатыми и очень разными, но толком пользоваться ими еще не умели, хоть и старались. Но когда она вслушалась в смысл песен, то у нее перехватило дыхание. Что-то очень наивное, но чистое настолько, что омывало ее не раз испачканную душу, как ключевой водой. И отнюдь не о любве, любовью назвать то, о чем пела Алика, было никак нельзя, только эгоистичной любвой, жаждой обладания, и она это прекрасно понимала. Здесь же было совсем иное, зовущее куда-то туда, вверх, где место далеко не каждому, а только тому, кто готов распахнуть крылья и броситься в пропасть, не зная упадет он или взлетит.
— Обалдеть… — прошептала она после получаса прослушивания. — Теперь я тебя понимаю… И согласна, что если бы мы пели такие песни…
— Да кто бы нам в те времена это позволил, даже если бы нашли хоть немного похожие? — скривилась Эрида. — Вспомни хотя бы примадонну, чтоб ей провалиться, сволочи старой. Она одобряла только пустышки, ничего по-настоящему талантливого не пропускала. И никого.
Алика хмуро покивала. Помнила она все это, прекрасно помнила, но хотела вспоминать. В голове вертелась какая-то мысль, которую женщина никак не могла поймать за хвост. А когда наконец поймала, то ошалело замерла. Черт возьми, но ведь это выход! Она больше не могла вот так бессмысленно жить, надо было куда-то приложить себя. Сама не может петь, нечего? Да, нечего! Но почему бы тогда не помочь хотя бы вот этим девочкам отточить свой талант? Научить вести себя на сцене? Научить играть голосами. Она все-таки консерваторию по вокалу заканчивала, много знает и умеет. Почему же даже не задумалась о том, чтобы использовать свои знания и умения? Хотела продолжать прежнюю жизнь мелкой звездульки? Да, хотела, честно признала бывшая певица. Но теперь понимает, что это невозможно. Но музыкой заниматься она все равно должна, это ее призвание. Так почему бы не помочь другим? Сволочью, в отличие от многих коллег, Алика никогда не была, по крайней мере, надеялась, что подлостей не совершала.
— Слушай, а чего бы дома сидим, как дуры последние? — спросила хозяйка у гостьи. — Не надоело?
— Надоело, до смерти надоело… — скривилась та. — Но что делать?
— Связаться с имперской службой занятости, рассказать, что знаем и умеем. И попросить помочь найти нам занятие. Я, например, могла бы помогать вот таким молодым исполнительницам шлифовать талант, учить владеть голосом, актерскому мастерству — у меня консерватория за плечами. У тебя, настолько я знаю, тоже.
— Я не закончила, ушла после четвертого курса, — возразила Эрида. — Да и училась так себе. Но да, что-то еще помню. А что? Можно попробовать. Может, хоть не так скучно и тошно будет. Прямо сейчас свяжемся?
— А чего время терять? Я свою квартиру, если честно, уже видеть не могу, настолько здесь все опостылело. Потому часто и путешествовала, благо это сейчас бесплатно. Но, черт меня дери, почему мне раньше в голову не пришло найти себе занятие? Не понимаю…
— Инерция. Вспомни нашу тусовку, чтоб ей провалиться. Там нельзя было даже казаться умной, затравили бы. Маски гламурных дур прилипли к нашим лицам…
— Да, прилипли, — закусила губу Алика, в душе никогда себя дурой не считавшаяся, но успешно притворявшаяся таковой. — Даже хуже, намертво приросли. Пора отдирать.
Она, пока хватало решимости, вызвала центр занятости и попросила консультации. Примерно через минуту на голоэкране появилась симпатичная русоволосая девушка с веснушками на щеках. Она добродушно улыбнулась, поздоровалась и спросила:
— Чем могу помочь?
— Помогите нам найти себе занятие, пожалуйста! — словно бросаясь в прорубь, выпалила Алика.
— А чем бы вы хотели заниматься?
