Мне достался виртуозный мастер приглашать на свидания. И как я должна была собраться до его прихода? Я похожа на Супервумен? Оставила конверт на столе и побежала наверх, молясь, чтобы расторопность сработала в мою пользу, как-то не хотелось идти в джаз-клуб в шерстяных клетчатых шортах и свитере. Или, того хуже, без какой-то детали гардероба.
На кровати лежало что-то в чехле *Что-то? Не тупи! Это платье и ответ на твои отчаянные молитвы на лестнице*. После того, как я добралась до содержимого, справедливость требования Бенедикта критике и пересмотру не подлежала. Передо мною было платье, стилизованное под эпоху Джаза. Ровный чехол цвета графит, обшитый бахромой, блестящими пайетками и бисером. К нему так и просились мои туфельки на изящном каблучке-рюмочке. И откуда он, зная мое презрение к новой экранизации «Гэтсби», узнал, что 20-тые – для меня «almost orgasmic», как говорил Salad Fingers в одном из мультфильмов? Огромным плюсом сегодняшнего убранства было то, что мыть голову мне не надо. Согласна, причина-следствие сомнительные. Но я собралась делать «холодную волну» на части волос, а всю «ненужную» длину убрать в сетку и для пущей прочности конструкции нацепить повязку с узором из черного жемчуга, дорогой сувенир из поездки в Берлин. Не думала, что эта вещица мне когда-то понадобится, но ей судилось не только греть мои грезы об эпохе сухого закона и избавления от корсетов.
Входная дверь хлопнула, пора спускаться. Главное, чтобы Бенедикт узнал. Ему еще не выпадало шанса видеть меня разукрашенной, как новогодняя елка, да еще и с весьма ощутимым макияжем. Конечно, я не размалевалась, как актриса немого кино, но накрасила губы темно-чайной помадой, подвела глаза и растушевала тени. Все очень в духе 20-тых, хоть сейчас на подпольную вечеринку с алкоголем.
Мой спутник рассматривал, хорошо ли я выполнила его указания, я наслаждалась его видом. Светлый костюм, темные подтяжки и слегка расстегнутая рубашка, из-под воротничка которой виднелись концы развязанной бабочки, а на столе лежал черный гангстерский котелок. Мой личный бутлегер.
- Мы сегодня займемся чем-то незаконным? – проурчала я и привстала на носочки, обнимая Бенедикта, чем намекала, он задолжал мне хотя бы поцелуй, не говоря уже о комплиментах скоростному сбору.
- Смотря какие законы ты имеешь в виду? – вторил он мурлычущему тону, лукаво улыбнулся, сгреб меня своими большими руками поближе и поцеловал. – Ты подразумевала какие-то такие вещи?
- Я тебя умоляю, Камбербэтч, съесть мою помаду – это не преступление, - хмыкнула я. – Ладно, веди меня навстречу приключениям.
- Даже не знаю, стоит ли тебя в таком виде вообще из дому выпускать. Уведут же!
- Я тебя умоляю, Бенедикт, у меня интеллектуальная противоугонная система, пусть только попробуют притронуться, откушу палец.
- Мне тоже бояться? – рассмеялся он.
- Если будешь говорить всякие глупости, то даже и не сомневайся, - проворчала я. Тоже мне, инстинкт собственника в действии.
Приступ «Запрем Хеллс дома» вроде бы прошел, он расслабился и подал мне пальто. Так-то лучше. Мы сели в такси, и он превратился в сфинкса, охраняющего покой пирамид. Бенедикт сидел, не шелохнувшись, и думал какие-то невеселые думы.
- Бенедикт? – прошептала я и положила руку ему на колено, он посмотрел на меня, на долю секунды вернулся на Землю и улыбнулся, сжал мою руку в своей и опять предался сфинксовым размышлениям. – Да что с тобой? – встревожилась я.
- Помнишь тот момент в «Ричарде II», когда король останавливает поединок и призывает их к себе? – начал он излагать свои терзания, а у меня чуть приступ истерического смеха не начался. Серьезно? Думать о своей роли с таким видом, будто Гамлет перевоплотившийся. У меня тут паническая атака со всеми вытекающими для нервной системы напрашивалась. А я ведь девушка закаленная. – Мне кажется, что в ней что-то не так, но я не могу понять что.
- Еще раз меня так напугаешь, голову откручу, - сообщила я, мило улыбаясь. – Если тебя это так гложет, то можешь почитать мне отрывок, - он закрыл глаза и собрался декламировать прямо в такси, - дома, - уточнила я, - не обещаю быть объективным критиком, но если будет что-то вопиюще не так…
- Теперь я понимаю, за что тебя так любят в Top Gear.
- А по поводу твоих отрешенных взглядов я серьезно. И после этого я карьеристка? Я таких безучастных рож не корчу, когда думаю о том, что экологи сделали V12 редким явлением, лишая нас прекрасного дикого зверя с громовым ревом.
- Ты? Не корчишь? Я тебе в следующий раз зеркало подставлю, поседеешь от щекочущего нервы зрелища.
- Бедняженька ты моя, - пожалела я Бенедикта, - и как ты это терпишь?
- Сам удивляюсь своей железной выдержке, - гордо сообщил он. Я только повернулась, чтобы ущипнуть его за нос, как такси остановилось, и я зарылась своим уже носом ему в шею. – Право, Хеллс, не стоит так со мною нежничать, я всего лишь делаю то, что должен.
- Идиот, - промямлила я ему в воротник.
***
