Не став добавлять, что в таких случаях традиция предписывает затопить два корабля с деньгами взамен одного поднятого.
И он знает, чьи корабли это будут.
Реальность собирается из десятков событий, хороших и плохих, нейтральных и тех, которым еще предстоит дать оценку. Но самыми скверными из них все равно будут те, что начались и никак не хотят завершаться, раздражая неопределенностью исходов. В общем, самолет Федора вылетел ранним утром из Бухареста. А сейчас было почти пятнадцать дня…
Казалось бы, полторы тысячи километров, новый «Боинг» с крейсерской скоростью в девятьсот пять километров в час. Однако никакой информации о том,
что борт приземлился в одном из столичных аэропортов, равно как и других данных о нештатном развитии событий. И это порядком выматывало.
- Охо-хо, - вздохнув, обновил я вновь страничку с табло прилета в «Домодедово»
на экране сотового и оглянулся на здание университета.
После утреннего дождя кирпич фасада слегка потемнел, как и асфальт перед главным входом. Ближе к обеду распогодилось, но и после занятий народ все равно неохотно занимал парковую часть скамеек, предпочитая идти домой или прогуливаться, кутая ладони в рукава кофт от налетающего холодного ветра.
Мне, в комплекте одежды от модельера Панкратова, было вполне комфортно на ближней лавочке у фонтана. Это вон Ника замерла на дальнем конце скамейки,
поджав локти к телу и вытянувшись вперед с видом независимым и сосредоточенным, как та кошка на остановке в мороз. Серый шерстяной пуловер и брюки, видимо, не спасали.
- Плохо тебе, да? – Прошипела она, заметив мое внимание.
- Плохо, - мрачно кивнул я, обновляя сайт «Шереметьево».
Понятно, что есть люди, которые проконтролируют даже военные посадочные полосы и доложат о прибытии Федора, но совсем бездействовать не было сил.
- Боишься?
- Боюсь, - честно ответил.
Техника – надежная, летчики – опытные, артефактов от падения у брата – полно,
да и свита такая, что может устроить знатный салют любым встречающим. Но маетно все равно.
- А я тебе говорила! – Добавила она с торжеством в голосе.
- А, ты про это, - вспомнил я про банковские дела прошлым днем и небрежно отмахнулся. – Это ерунда.
По сравнению с Федором – так точно.
- Что значит ерунда, Самойлов?! – Возмутилась она тоном человека, который переживал и не спал всю ночь, и ожидал, что остальной мир поступит так же.
- Так виноватых уже нашли. – Нейтрально повел я плечом.
Ника напряглась, как спринтер перед стартовым выстрелом, а в широко расширившихся зрачках можно было увидеть, как черные люди перебирают самые черные мысли .
- Нашли? – Произнесла она деревянным голосом.
- Газеты надо читать. Или вон, сайты новостные. – Обновил я сайт «Внуково» и вновь вздохнул, не найдя информацию о прилете.
Девушка тут же взялась за свой телефон и принялась листать ленты информагентств. Причем, выражение ее лица от прочитанного менялось от напряженного, до шокированного, обескураженного и весьма удивленного.
Ограбление банка, все же, достаточно тонкая и щепетильная тема, чтобы ее трогать – за деньгами всегда их владельцы, которым категорически не нравится,
когда вытаскивают на свет их неудачи и портят бизнес. Но вот светская хроника –
это совершенно иная ипостась прессы, что как раз таки кормится со скандалов,
покусывая одних высокородных акул и кормясь возле иных. Так что весь эпизод с изгнанием Зубовых и переходом к Борецким уже был на первых полях онлайнизданий, невольно вытягивая всю подноготную с ограблением банка. Разумеется, от издания к изданию манера освещения события менялась - кто-то оплатил, чтобы
Черниговских основательно прополоскали с грязью - не перегибая палку, но тщательно перебирая все скандалы с участием Черниговского Антона и довольно иронично характеризуя произошедшее в пользу Зубовых. Часть изданий,
получивших конверты с деньгами этой ночью, старались потоптаться по Зубовым,
которых вытащили из беды, но те отплатили черной неблагодарностью. И все они немного недоуменно отзывались о Борецких, признавая, что принятие в клан довольно неоднозначного рода – не самый оптимальный шаг для клана из одного человека, неактивного около двух десятков лет. Тем более для того чтобы заявить о себе вновь. Впрочем, что ждать от женщины – скрывалось за строками иных борзописцев. Интересно, но строки о Борецких сопровождались только архивными фотографиями молодой княгини, а часть и вовсе – в бытность ее Лидией Гагариной.
Красивая у меня бабушка.
- Значит, все хорошо? – Робко спросила Ника.
- Тебе как, правду, или чтобы спать покрепче?
- Чтобы спать покрепче, - мудро ответила девушка.
- Все будет хорошо. Вон, туда посмотри, - кивнул я на парковку у правого крыла университета. – Там тоже все хорошо.
