– Ну да. А потом за это в петлю, – заметил Нэд Слай.
– Ну, сначала им придется изрядно попотеть, – произнес человек по имени Бен Тримэйн. – А тебя, Нэд, я хочу предупредить: плохо кончишь.
Взбешенный моряк схватил Бена за горло, и сразу стало ясно, что в костлявых руках этого щуплого человека с ястребиным лицом таилась поразительная сила.
Том Ганн растащил дерущихся одним движением мощной руки.
– Все! Хватит, я сказал.
Но Нэд никак не хотел успокаиваться.
– Ты мне осточертел, Том Ганн! Всегда суешься куда не просят. Делай то, не делай это, не дерись, держись подальше от женщин… Черт! – Нэд согнулся пополам, получив удар увесистого кулака в живот.
Это послужило сигналом – едва сдерживаемая ярость моряков вырвалась наружу. Кто-то кинулся на Ганна и лягнул его в колено. Гигант упал. Другой моряк тут же прыгнул ему на плечи. Ганн отбивался, как бешеный бык, и нападавшие отлетали в разные стороны, но когда Нэд Слай схватил треногий стул и нанес ему сокрушительный удар по голове, Том упал на пол без сознания. Слай торжествующе взревел.
– Все, с ним покончено! А теперь к женщинам.
Прежде чем остальные успели опомниться, он рванулся к простыне, отделявшей женскую половину, и отдернул ее.
Мари отступила назад, а Хоуп схватила матроса за ногу.
– Черт возьми, дорогуша! Хочешь покувыркаться? Всегда пожалуйста.
Она подняла юбки, обнажив мясистые белые бедра.
Слай вырвался из ее рук.
– Мне больше нравится та, что помоложе.
Он шагнул к Мари, но споткнулся о мешок с зерном.
Что бы ни случилось, этот матрос не должен до нее дотронуться. Мари проскользнула мимо… и оказалась в окружении его разъяренных собратьев.
– Давай-давай, Нэд.
– Хватайте ее. Передайте ему.
– Да ладно, мне она тоже подойдет!
Перед Мари заколыхалось море обезумевших неразличимых лиц. Охваченная паникой, девушка в ужасе озиралась по сторонам. Спасения не было – отовсюду к ней тянулись жадные руки. Кто-то схватил ее за блузку, повернул, другой ухитрился ухватить ее сзади за ягодицы.
– Ну-ка, Пул, держи ей руки.
Мари ударила нападавшего каблуком в голень.
– Ноги… ноги держите!
В этот миг никто из моряков не подозревал о нависшей над ними угрозе. Неожиданно выступив из тени, Хоуп обрушила драгоценную бутылку с ромом на голову уже расстегивавшего штаны матроса. Облитый ромом, весь в осколках, Пул взвыл, отпустил Мари и заковылял прочь, взывая о помощи. Вне себя от ужаса, Мари отступила к Хоуп. Тем временем Нэд осторожно продвигался вперед, не спуская глаз с бутылки в руке женщины.
– Ты ему голову разбила!
Хоуп печально посмотрела на лужицу рома у своих ног.
– Черт с ним и с его головой. У меня сердце разбито.
Нэд перевел взгляд на Мари. Голос его зазвучал мягко, едва ли не ласково:
– Все, сестренка, хватит этих штучек. Том отключился, а мы больше ждать не хотим. Капитан прислал тебя сюда, сама знаешь для чего. Давай отрабатывай свой хлеб. Ну, ты готова или нет?
Мари наконец пришла в себя. Сделав глубокий вдох, она внимательно взглянула на Нэда и мрачно улыбнулась:
– Что ж, если на то пошло, Нэд Слай, я готова, – в руке ее внезапно сверкнул кинжал, – и располосую тебя на части, если ты сделаешь еще хоть один шаг.
В толпе матросов раздался дружный вздох. К поножовщине никто не был готов. Бен Тримэйн бессмысленно хихикнул и, повернувшись, отправился на свою половину.
Нэд Слай, застыв на месте, не спускал глаз с разорванной блузы, в которой так соблазнительно виднелась пышная грудь Мари, вздымавшаяся и опускавшаяся при каждом вдохе. Потом он перевел взгляд на кинжал. Оружие она держит крепко, но, может быть, удастся вырвать…
В этот момент появился сержант Хогарт с десятью вооруженными моряками.
– Что здесь происходит?
Мари быстро сунула кинжал за пояс юбки.
– Кому-то неприятностей захотелось? Если вам мало работы, получите еще. А сейчас всем разойтись.
Протестующие возгласы быстро стихли. Последним, бросив злобный взгляд на Мари, ушел Нэд.
– Что здесь произошло? – Хогарт в упор посмотрел на старшую из женщин.
– Несчастный случай, сержант. Он ударился головой о мачту и…
– Ладно, это не важно. – Сержант обратился к Мари: – Ты поможешь ему. Доктор на палубе. – Он повернулся к Хоуп: – А с тобой я хочу поговорить. У себя в каюте, если не возражаешь. – С этими словами Хогарт двинулся к лестнице, и Хоуп покорно поплелась вслед за ним.
Мари с облегчением перевела дух и принялась прилаживать на место простыню. В это время Том Ганн попытался приподняться на колени, но не удержался и, застонав, снова рухнул на палубу.
– Не двигайтесь, – приказала Мари. – Я сейчас вернусь.
Пока моряк собирался ответить, она забежала к Джузеппе, взяла кувшин с водой, бинты и мазь.
Когда она вернулась, Том сидел прислонившись к мешкам и подозрительно глядел на нее. Мари заправила блузу, откинула волосы с лица и принялась за работу. Сначала она смыла кровь с лица пострадавшего, потом стала промывать рану на лбу.
– Мне ничего от тебя не нужно. – Том попытался отвести глаза от безупречной груди, маячившей прямо перед его носом… и не мог. Такая красивая и так близко…
– Неужели? Вы что, не такой, как все? Да нет, наверное, просто делаете вид.
