Мальчишки заговорили разом. Всех жителей немцы выгнали в лес. Объявили, что всякого, кто покажется в деревне, будут расстреливать на месте как партизана. Скот, кур, вещи — решительно все фашисты отобрали.
— И давно вы в лесу живете? Чем питаетесь?
— Почти месяц живем. На костре рожь варим, убитых лошадей разыскиваем. — Вася неожиданно улыбнулся, сказал хвастливо: — Ну, мы-то прокормимся! Вчера в Тепневе немецкие блиндажи обшарили, сегодня все дома обошли в Иванькове. Галеты, консервы, шоколад — всего набрали. И автоматы и пистолеты есть…
— Но почему все-таки жители в деревню не возвращаются?
— А как возвращаться-то? Когда придут красноармейцы, тогда вернемся.
Ответ был вразумительным, но мальчик, меньше всех ростом, с опущенными у шапки ушами, счел нужным пояснить еще:
— Попробуй вернись! Под Новый год бабы в Жуковку пошли за картошкой. Так их фашисты в сарай заперли и сожгли. Человек десять или больше. — (В апреле сорок второго года об этом злодеянии был составлен акт.) — Мальчик шмыгнул носом, попросил: — Ты об этом своему командиру расскажи обязательно. Чтоб фашистам припомнили…
— Доложу, брат, непременно, — пообещал Володя. И добавил решительно: — Фашистам все припомним!
Он достал из бокового кармана полушубка свой обед и завтрак: две ржаные лепешки, проложенные ломтиками сала. У ребят заблестели глаза, они стали глядеть себе под ноги.
— Налетай, братва! — предложил Володя и впился зубами в лепешку. Другую, с ломтиками сала, он протянул Васе. Тот разломил ее на четыре части, сало распределил поровну. Покончив с едой, Вася подмигнул дружкам и, сунув руку в карман грязного, рваного полушубка, достал плитку шоколада в роскошной цветной обертке. Протянул Володе:
— На, попробуй. Не наш.
Володя отстранил угощение. Чтоб не обидеть паренька, сказал:
— Спасибо. Зубы у меня болят от сладкого.
Тщательно прожевывая лепешку, Володя думал. Обстановка удивительная. Отсюда свободно можно пройти в Солодово, где стоят красноармейцы. Никакой линии фронта, три километра и — советские люди! Это было так заманчиво, что Володя стал прощаться:
— Ну, ребятки, спасибо вам. Потерпите немного, фашистам скоро конец. А я — в путь. Дела…
Ребята пошли его провожать. Когда все вышли на поле, Вася, оглянувшись, крикнул вполголоса:
— Немцы!..
С другого конца Иванькова в деревню въезжала первая автомашина. На пригорке, от Игнаткова, двигалась колонна тягачей с пушками, грузовиков с солдатами. Гитлеровцы, опомнившись, спешили на прежние позиции.
Ребята были уже в лесу. Володя сказал:
— Все, братцы, идите домой. Фашисты вас перебьют, если узнают, сколько вы им снарядов перепортили.
— Они и просто так убьют, — проговорил Вася и, сплюнув, мрачно добавил: — А домой нам идти некуда. — Он вдруг схватил Володю за рукав, зашептал горячо, просительно: — Возьми нас с собой, к партизанам! Стрелять умеем, гранаты знаем. Все делать будем. В лесу мы жить привычные, возьми!..
— У меня мамку убили, — невпопад, только теперь сообщил мальчик в шапке с опущенными ушами.
Трудная это была минута для Володи. Он вздохнул, сказал твердо:
— Взять с собой я вас не имею права. — И для убедительности добавил: — Партизанскую присягу моложе семнадцати лет принимать не разрешается.
Это на ребят подействовало. Вася сказал:
— Ну, тогда прощай! На Бражниково не ходи, там немцы.
— А не знаете, какие это взрывы были вчера в Осташеве? — спросил Володя.
— Фашисты педучилище взорвали. И деревянные дома жгли. Мы из кустов с Бражниковской горы глядели.
Ребята пошли налево, скрылись в ельнике. Володя еще раз оглядел Иваньково. Вся деревня уже заполнилась машинами и гитлеровцами. Два тягача с пушками большого калибра свернули с дороги, направились к тому месту, где недавно сидел разведчик с ребятами. Володя пошел по своим следам, к оврагу.
Вечером Колядов докладывал обо всем Назарову и Бормотову. Командир Назаров, делавший на карте пометки, усмехнулся невесело:
— Черт его знает, где теперь фронт, где тыл.
— Где хоть один фашист, там и фронт, — серьезно заметил Бормотов. И спросил Володю: — Значит, в Иванькове немцев не было почти сутки?
— Да, Александр Иванович.
Подумав, Бормотов взглянул на Назарова. Проговорил не совсем уверенно:
— А ведь, пожалуй, дорогу на Игнатково мы успели бы закрыть. Ну ничего, мы ее теперь заминируем. Фашисты репетицию сделали, в каком направлении бежать. Спектакль им еще предстоит. Учтем.
С советскими войсками впервые встретились партизаны из отряда Проскунина. Случилось это две недели назад.
Перед рассветом партизаны во главе с комиссаром Горячевым закончили минирование дороги Акулово — Каменки. Покурив «в рукав», партизаны тронулись в обратный путь. И тут в предрассветной тишине послышалось поскрипывание снега — шаги многих людей. Партизаны приготовили гранаты, притаились за придорожными деревьями. Вскоре на дороге показались тени, донеслись неясные, приглушенные голоса. Потом — отчетливая команда:
— Командиры взводов — в голову колонны!
— Свои! Не стрелять! — крикнул Горячев и один пошел вперед.
