Веселина покраснела. Тот памятный вечер, когда я показывал им тактику по-чапаевски, не прошел даром. Девочка решила доработать тот макет, который я ей показал. Сама сплела корзину, набрала земли, и формировала дома из щепок и коры, озеро налила маленькое, лес делала. У нее здорово получалось — глазомер отменный, я несколько раз тайно (стеснялась она) делал замеры на макете, потом сравнивал их пропорции в реальности, получалось очень точно.
— Так вот, Веселина. Ты будешь делать карту местности. Я покажу как. Все, я подчеркиваю, все кто ходит, вечером приходят к Веселине, и рассказывают что да где видели! Ты будешь отметки ставить, потом мне рассказывать. Также на тебе стрелковая подготовка. Пока с урожаем носились, забыли, небось, как из арбалета стрелять? — все прям опустили глаза, знают за собой такую недоработку.
— Ясно, усилим тренировки, значит, когда время будет. В остальном, Веселина, будешь под Кукшей ходить, он тебе начальник будет пока что. С ним рыбой и охотой занимайтесь, да сами не забывайте свои похождения на карту переносить. Я сказал, вопросы потом, покажу я как ту карту рисовать. Обеслав! Тебе уже двенадцатый год пошел. Уже двенадцать? Значит, будешь старший дозорный. Ребят раздели на пары, будешь определять, кто когда дежурит, да кто за взрослыми бегать будет. С тебя спрашивать буду за все в дозоре. Пороть не буду, ты мужик уже взрослый — пацан расправил плечи и вытянулся, — про опасности нашему роду сам знаешь. Всех распределил, мелкие — слушаться Обеслава как меня, или вон деда. Ясно? Хорошо. Теперь вопросы.
— А где же мы ткань брать будем, если только Агна ткать будет? — Леда успела раньше всех.
— У нее и будете брать. А что? В чем проблема? — мне не понятно было, чего она от меня хочет.
И тут понеслась. Оказалось, тут бабы ткали каждая себе, да еще и соревновались, у кого лучше ткань выйдет, да больше ее будет. Ткать — это их личное, святое. Каждая своих детей и мужиков обшивает, их одежда — это лицо той женщины, которая их ей обеспечивает. И если чужое носить будут — то вроде как потеря лица выйдет. Я скорчил кислую мину.
— Ага, отлично придумано! А давайте еще каждая себе дрова колоть будет? Кудель делать? Иголки собирать? Рыбу ловить? Охотится? Вот и будет так, толстые дети — значит хозяйка знатная, худые — значит плохая. Пойдет так? Еще и пахать каждая себе будет. А я себе ковать буду, инструменты делать. Дед вон тоже так жить будет — каждый сам себе.
Бабы притихли. Буревой тактично не вмешивался. Леда опять попыталась что-то возразить, но я успел ее перебить:
— Я вам только что про машину рассказывал, сколько труда — совместного! — надо в нее вложить, а вы хотите все по норам своим растащить? Так вообще тогда зачем мы родом одним держимся? Может, каждый сам по себе будет? Не надо говорить, что это другое! Сначала ткань сами делаем, потом поле сами пашем, потом дрова сам колем. Так все и будет, когда вздохнете от повседневных забот. Потом зависть пойдет, что у кого-то лучше получается, потом склоки начнутся, потом род распадется! Не верите? Вон, у Буревоя спросите, как оно все бывает. Он много пожил, много видел. Киваешь, брат названый, так все? А по другому не пробовали? Чтобы каждый делал то, что лучше всего получается? Вон мы с Буревоем вам дрова таскаем. Не только потому, что мы мужики. А потому что с точки зрения дела — Общего Дела! — так лучше всего. Сколько мы за десять дней с лесоповала привезли? Сотня бревен будет? Будет. Сколько бы мы приперли, если бы каждый сам себе таскал? Штук двадцать-тридцать? Вот вам и «каждый сам по себе»! Веселина вас стрелять учит, да арбалет таскает не потому, что ей так захотелось, а потому что для общего дела надо! Я тут из вас самый старший, кроме Буревоя, но на охоту только Кукша ходит. Думаете, мне не хотелось по лесу шляться за зайцев бить? Хотелось. Только это плохо у меня получается, вот я и не лезу в это дело! А вы хотите, чтобы везде было все общее, а ткани только ваши? Не только ткани, но и ягоды!!?? Все что вы из леса несете!!!?? Буревой, дрова теперь только наши. Пусть сами носят. Не хотите? А чего так? Мы их тоже из леса принесли, значит, наши с Буревоем. Деньги сейчас наделаем, и устроим тут товарно-денежный отношения! Да-да, не надо так на меня смотреть! Я тут из кожи вон лезу, чтобы всем — Всем! — лучше было, а они по избам все растаскивают! Вам не стыдно вообще!? Чего еще я не знаю в жизни вашей? Давайте сейчас разберемся, чтобы сюрпризов не было. Единоличники, блин!
