Кора знала, это было не блефом, а обещанием, которое Джейс был в состоянии сдержать. Её этот сценарий не устраивал ни с какой стороны. Пообещать ему спасение людей, чтобы он сдался, а потом нарушить слово Кора тоже не могла. Должна была, но не могла. Ей вспомнилась история про целую деревню, сбросившуюся со скалы, лишь бы не сдаваться. Здесь шло к тому же. Неосознанным движением Кора потянулась к краю воротника, где была зашита капсула с ядом. Пальцы нащупали выпуклый хрупкий бок капсулы.
— Слушай, - медленно обронила она. - У меня есть только одна идея и она очень, очень плохая. Твои товарищи реально могут погибнуть, а могут и выжить. Если они готовы так рискнуть, я сейчас вызову сюда своих людей, и ты их пропустишь. У меня только одно условие. Ты сдашься. Без сопротивления.
— И что это за идея?
Взгляд Джейса тяжелел с каждой секундой, пока Кора излагала свою безумную идею. Стоило ей договорить, как повисло тягостное молчание.
— Какие у них шансы выжить? - наконец спросил Джейс.
— Скажем так, они хотя бы есть, - честно призналась Кора. - О своей судьбе ты не хочешь спросить?
— А есть смысл? - невесело скривился Джейс. - И так все понятно. Но если очень хочется, просвети меня.
— В первую очередь по протоколу тебя ждёт допрос с применением психоактивных веществ, - невозмутимо, будто читая лекцию, проинформировала его Кора. - Ты невольник, поэтому иначе никак, это стандарт. Только под сывороткой. После этого быстро создадут комиссию и, скорее всего, примут решение об утилизации.
— Меньшего я как-то и не ожидал, - спокойно произнес Джейс, откидываясь на спинку стула. С мыслью о собственной неизбежной и близкой смерти он за последние двое суток успел примириться.
— Я не собираюсь позволять убить тебя, - решительно заявила Кора. - Без борьбы я тебя не отдам, но для начала надо пойти на этот шаг, понимаешь?
— Не проще просто дать мне съесть пулю прямо здесь? Или тебе так важны твои погоны?
Коре не нравилось то, как Джейс смотрел на нее сейчас. Он не понимал её, а у неё не было возможности хоть немного обелить себя. Ей стало невыносимо горько, но она жестоко подавила всю закипающую обиду. Пусть думает, что хочет, пусть не принимает, не понимает, лишь бы был живой. На мертвого сколько угодно можно было орать, что он идиот, толку от этого - ноль. Пусть этот оборзевший придурок ненавидил бы ее, но лучше б это была долгая и здоровая ненависть. Сейчас только это имело значение.
— Я не стану оправдываться перед тобой, так что думай, что хочешь, - сухо ответила она. - Если ты не понял, то нас тут с тобой не судьба-злодейка свела. Это значит, что, да, я должна двигаться крайне осторожно, иначе пострадают все, кого я люблю. Мне тоже есть кого защищать, Джейс.
— Тогда зачем напрягаться? Сдай меня, и живи спокойно.
— Ой, дурак, - не выдержала Кора чисто по-женски, но тут же вернула строгий деловой тон. - Считай, что я держу свое слово. Я обещала тебе свободу, а я слов на ветер не бросаю.
Джейс снова сверкнул звериной зеленью глаз из-под отросших волос. В этом освещении цвет радужки оттенком напоминал хризолит, а твёрдость взгляда не уступала холодному камню. Джейс поднялся, обозначая конец переговоров.
— Я должен поговорить со своими людьми, - объявил он. - Я могу доверять тебе?
— Можешь, - подтвердила Кора. - Если ты решишься, не забудь дать знать своим, что все твои контакты с этого дня будут засвечены. И передай этим, если кто-то когда-нибудь хотя бы заикнется о сегодняшнем дне, я найду его и разотру в порошок. Ты меня знаешь, это не пустая угроза.
— Я понял тебя, майор, - произнес Джейс с глубокой тяжестью в голосе.
Через десять минут в здание вошла группа "Сьерра". Чуть меньше, чем через полчаса послышались выстрелы, но перестрелка быстро закончилась. После этого к зданию метнулись скорые и транспортник спецов. На улицу вывели человека со скрученными за спиной руками и мешком на голове. За ним, опираясь на товарищей, вышел один из бойцов, явно получивший ранение в ногу. Пленного погрузили в транспортник, раненого тут же доверили врачам скорой для быстрой обработки раны.
Издалека было видно, как вышедший последним боец разговаривал с шерифом. Как представитель местного закона и порядка что-то очень эмоционально отвечал, но потом махнул рукой, плюнул на землю и пошёл прочь. Подогнали небольшой грузовик, и из здания начали выносить трупы. Один за другим их быстро предъявляли врачу, тот практически не осматривая их подписывал протокол, и тела загружали в кузов. Откуда-то достали того самого информатора, с которого все и началось. Никто не видел, как это произошло, потому что его убрали из поля зрения зевак и камер. Просто как-то так получилось, что за угол он зашел на своих двоих, а обратно его уже вынесли. Он был последним, кого забросили в грузовик, после чего двое спецов запрыгнули в кузов, и старая машина помчался в сторону городской свалки.
