Так же тяжело перенес я измену генералов, заговор против Гитлера. Еще год назад о таком чудовищном преступлении никто бы и не подумал! Но как только наступила полоса осложнений и англо-американцы вторглись во Францию, генералы-трусы решили устранить Фюрера, чтобы заключить перемирие. Я был знаком с полковником Штауфенбергом. Но, как и другие, не распознал в нем клятвопреступника! В одной шайке с ним – Фромм, Бек, Витцлебен, Ольбрихт. Это были опытные военачальники, но по натуре – иуды, рискнувшие учинить “дворцовый переворот”. Теперь немецкие солдаты бьются с утроенной храбростью и мужеством, доказывая вождю единство нации.
Надо признать, что положение на фронтах сложное. Англо-американцы вытеснили нас из Франции и прихватили краешек бельгийской территории. Упустив инициативу, они позволили вермахту организовать устойчивую оборону вдоль границы Нидерландов до Люксембурга, а южнее – до Монбельяра. Западное направление возглавил Рундштедт. Ему обещаны дополнительные дивизии пехоты и танки взамен удаленных Добровольческих сил. Однако главный штаб СС, его 111-й отдел, во главе с доктором Арльтом, из остатков туземных частей формирует две новые дивизии. Рейхсфюрер СС Гиммлер поддерживает эту политику. Еще в конце августа он с Гельмутом фон Паннвицем согласовал решение о развертывании казачьей дивизии в корпус. Кроме того, при покровительстве СС создан Резерв казачьих войск под командованием генерала Шкуро. Хулиганистому атаману предоставлена комендатура, штаб и вербовочные пункты. Под свои знамена он должен собирать и белоэмигрантов, и подсоветских, работающих на германских предприятиях. Фон Паннвицу передаются полицейские казачьи батальоны из Польши, 360-й полк фон Рентельна, 3-я добровольческая бригада. Укрепление казачьего формирования – залог успешной борьбы в Хорватии и Боснии с титовскими бандитами.
Муссолини дал согласие на развертывание в области Фриули казачьих полков Доманова, перемещаемых из Польши для борьбы с повстанцами. В Белоруссии они действовали неплохо. И вполне логично использовать их в Италии. Тем более что здешние партизаны не дают покоя и англо-американцам, приступившим к разоружению их и прекратившим снабжать продовольствием. Это нам на руку. Американцы лишились помощников. Их поход на север затруднен. Вскоре подоспеют и казаки!
Кстати, недавно в казачьей и эмигрантской среде отмечали юбилей Петра Краснова – семидесятипятилетие. Он в чести у соплеменников. Но столь почтенный возраст придает двусмысленность. Есть ли перспектива сотрудничества? Я присутствовал на приеме у Розенберга, где министр наградил “героя Варшавы” Доманова Железным крестом. Соседство представительного Доманова и старца выглядело карикатурным. У генерала Краснова возникла причуда, высказанная в присутствии важных персон, которую ранее он письменно изложил моему шефу Кестрингу: создать Казачью армию и бросить ее на Украину! Откуда набрать и чем вооружить эту горе-армию? Не перейдет ли она на сторону Советов?
Понятно, что юбилейная шумиха поднята Восточным министерством и эмигрантами, чтобы утвердить лозунг: “Краснов – флаг казачества”. Но бог нужен до тех пор, пока в него верят…
На станции Сисан меня встретил адъютант Гименгофен и привез в штаб фон Паннвица. Мы крепко пожали друг другу руки! Гельмут в отличном настроении. Дивизия пополняется, она укреплена бронетехникой и шестиствольными минометами. Уже начато создание отдельной пластунской дивизии на базе 5-го полка Кононова. Разумен ли выбор? Этот полк выделяется низкой дисциплиной. Как специально в нем собрались отъявленные насильники, мародеры. Только победы над партизанами спасают кононовцев от расформирования части. Фон Кальбен, командир терского полка, рассказывал об их бесчинствах. Зачастую деревни, где гнездятся партизаны, сжигаются дотла, а жительниц казаки насилуют, не жалея даже девочек-подростков. Ни расстрелы, ни гауптвахта не останавливают дикарей, позорящих мундир немецкого солдата. Это убедительно доказывает варварский нрав туземцев, которые должны быть под постоянным контролем.
Здесь, в Хорватии, клубок этнических противоречий. Павелич включил в свое государство Боснию и Герцеговину, которые после четырех веков турецкого господства были захвачены австрийцами. Хорваты же, уступив в далекие времена туркам лишь малую часть своей земли, примкнули к венграм. Сербы – православные, хорваты – католики, большинство боснийцев – мусульмане. Религиозные распри раздирают Югославию, образованную всего полтора десятилетия назад! Хорваты-усташи вырезают сербов, крушат православные храмы. Боснийцы враждуют и с теми, и с другими. В самой Сербии междоусобица: титовцы, наши враги, воюют с четниками Михайловича, которые подличают, то помогая нам, то нападая. Не страна, а пекло ада!
