В этот момент четверка лейтенанта Смирнова энергично развернулась и перешла в лобовую атаку. Но ее не приняли фашисты. Самоуверенные гитлеровцы рассчитывали, что превосходство в численности и в свободном маневрировании позволит им разделаться с нами. А вышло наоборот. Николай Смирнов поймал в прицел подвернувшегося фашиста и открыл огонь. "Мессершмитт" загорелся и врезался в землю. Успешно вели бой Иван Медведев и Михаил Глазырин. И тут я заметил, что подбитый самолет Ил-2 с бортовым номером "33" стал отставать от строя и тотчас четыре Ме-109 устремились к нему. Экипажу "ила" грозила опасность. Медлить было нельзя. Левым разворотом через "плечо" быстро вывожу свой истребитель на пересекающий курс первой пары и сбиваю ведущего. Второй паре удается прорваться к тридцать третьему. У меня невыгодная позиция. И поэтому с ходу вклиниваю свой самолет между штурмовиками и гитлеровцами, чтобы сбить им прицельную стрельбу. И в ту же секунду почувствовал сильный удар в бедро, резкую боль в левой ноге. Почти в то же время воздушный стрелок "ила" сержант Ягин меткой очередью сбивает Ме-109. Второй "мессер", атакованный моим ведомым, свечой уходит вверх. "Командир, прыгай, горишь!" тревожно звучал по радио голос ведомого. Решил покинуть самолет. Языки пламени подбирались к кабине, дым разъедал глаза. "Вадим, прикрой "тридцать третьего", - приказал я ведомому младшему лейтенанту Храпову. "Вас понял, командир, не беспокойтесь!" Тем временем я отстегнул привязные ремни, открыл фонарь и вывалился из кабины истребителя. После того как парашют раскрылся, огляделся. На меня заходила пара "мессеров". Нет, смерти я не боялся. Обидно было, что должен погибнуть вот так, с одним пистолетом в руке, не ответив ударом на удар. "Мессеры" приблизились. К моему счастью, вовремя подоспел комсомолец Вадим Храпов. Совершив искусный маневр, он зашел в хвост одному стервятнику и сбил его. Второй "мессер" резко свернул в сторону моря и скрылся. Я приземлился недалеко от того места, где лежал на фюзеляже штурмовик с бортовым номером "33". "Значит, успели его прикрыть", - подумал я и увидел радостные лица подбежавших ко мне лейтенанта Рябова и сержанта Ягина".
Этот рассказ является описанием типичного эпизода многочисленных воздушных боев всей эпопеи над Малой землей.
Подводя боевые итоги дня 20 апреля, Маршал Советского Союза Г. К. Жуков из 18-й армии докладывал в Ставку:
"По данным пленного, при налете нашей авиации был разгромлен штаб группы войск противника, руководивший четырьмя дивизиями, в задачу которых входило уничтожение нашей десантной группы. В результате этого удачного налета было убито свыше 12 офицеров штаба, нарушена связь с частями, а наступление, которое противник готовил на этот день, было сорвано..."
21 апреля с аэродрома Геленджик раньше всех стартовала эскадрилья капитана А. Н. Маснева, вылетевшая по вызову радиостанции наведения. В назначенное время истребители Ла-5 находились над Малой землей. Небо чистое, видимость идеальная, высота патрулирования 4 тыс. м. Вскоре со стороны Крыма показались 20 вражеских бомбардировщиков в сопровождении 12 истребителей. Обнаружив противника, советские летчики заняли выгодное исходное положение для нанесения удара и по команде капитана Маснева "Всем звеньям атаковать "хейнкелей" одновременно!" врезались в боевой порядок бомбардировщиков.
Командир эскадрильи Маснев прорвался к ведущему бомбардировщику и сбил его.
Еще двух "хейнкелей" подбили другие летчики. Остальные бомбардировщики, отстреливаясь из пулеметов, сбросили бомбы в море и развернулись на запад. Истребители противника, не заметившие во время первой атаки Ла-5, пытались не допустить повторного удара и ринулись на помощь своим бомбардировщикам.
Фашисты не успели опомниться, как сами попали под встречный удар "лавочкиных". Их ведущий оказался в прицеле капитана Маснева. Молнией сверкнули пушечные залпы Ла-5, и "мессершмитт" упал на землю. В этот момент лейтенант М. Т. Игнатьев разрядил пушки в другой самолет противника, а затем сбил еще 1 Ме-109. Дерзко и тактически грамотно вели схватку советские летчики, и враг не выдержал. Николаю Гринько удалось сбить еще 1 "мессершмитт".
Бомбардировщики противника не дошли до цели. Несмотря на более чем четырехкратное численное превосходство, фашисты потеряли 5 самолетов. Группа Алексея Маснева без потерь вернулась на свой аэродром.
Вскоре на прикрытие войск вылетела шестерка Ла-5 во главе с командиром эскадрильи старшим лейтенантом П. А. Гнидо. Отказавшись от отдыха, в ее составе снова ушел на задание комсомолец Николай Гринько. Патрулируя на высоте 4 тыс. м в районе Федотовки, Широкой балки, Пенного, летчики встретили 18 бомбардировщиков противника под прикрытием 25 истребителей.
Превосходство врага было значительным: 12 пушечных стволов "лавочкиных" против 147 пушек и пулеметов противника.
