– Если ты думаешь, что он великолепный мужчина, который дарит мне свое внимание каждый день, то да, – это то, о чем ты думаешь, – отвечает Эви и, подняв бутылку вина, которая удивительным образом осталась цела, относит ее к столу.
– Ну, наконец-то, – выдыхаю я, кладя продукты на поверхность и падая на стул напротив Эви. – Все это время, пока я ждала твоего возвращения, я надеялась на то, что ты подтвердишь мои догадки, – радостно выговариваю каждое слово, а потом испытываю дикое желание влепить себе ладонью по лицу, потому что продукты, которые я вижу на столе, выглядят совсем не как те, которые готовят на завтрак или обед. – Эви, я сейчас уйду.
– Почему? – расстроенно спрашивает она.
– Потому что, судя по всему, я идиотка, которая испортила вам романтический ужин.
– Что? – удивляется она, переводя взгляд на стол, а потом начинает улыбаться. – Нет, снежинка, все не так. Это вино не для нас. Завтра у нашей сотрудницы день рождения, и мы решили пригласить ее в гости.
– Боже, я надеюсь, что ты меня не обманываешь, – говорю я, слегка успокаиваясь. – Эви, я безумно рада за вас. Мистер Паркер, кажется, очень порядочным мужчиной.
– Так и есть, – улыбкой подтверждает мои слова и продолжает рассказывать: – он так заботиться обо мне, и самое главное: меня это не напрягает, наоборот – мне приятно осознавать свою ценность для него не только как женщины или хозяйки в его доме, но и как личности.
– Так это его дом?
– Прости, я должна была рассказать тебе раньше…
– Не извиняйся, Эви. Никогда не извиняйся передо мной. Ты заслуживаешь счастья, и я очень рада, что ты, наконец, его нашла, – успокаиваю ее, положив свою ладонь на ее руку.
– А ты… ты счастлива? – интересуется Эви, пронзительно смотря в мои глаза.
Я замолкаю, пытаясь придумать, что ей ответить. В любом случае, что бы я ни сказала, все будет ложью.
– Ты все еще любишь Хантера, – она не спрашивает, она утверждает.
– О чем ты?
– Тея, твои чувства к нему все еще свежи, – говорит Эви, наклонившись ко мне ближе. – Как бы ты ни пыталась скрывать свои чувства, находясь в объятиях другого, пусть и ненастоящего, все твои мысли заняты одним человеком. Твое сердце занято только им. Я не просто так это говорю, я проходила через это с отцом Диаза. Когда он погиб, я никого к себе не подпускала, уверяя себя же, что я справлюсь. А если и ходила на свидания, то думала только об отце Диаза. Если бы у меня была возможность вернуть его, я бы не раздумывая бросила все и была с ним. Но, увы, в моем случае его вернуть невозможно.
– Эви, у меня больше нет к нему чувств.
– Ты так в этом уверена? – спрашивает она, упираясь своим экстрасенсорным взглядом в мои глаза.
– Да. И вообще, почему мы пришли к этому разговору? Лучше расскажи, как твои дела? Как работа? Тебе нравится? – переключаю внимание на Эви, стараясь отключиться хотя бы на некоторое время от мыслей о Хантере.
– Нравится? Тея, я в восторге от того, что делаю. Может быть, это странно, но находясь рядом с этими малышами, я чувствую рядом с собой тепло Диаза, как будто он там, рядом, жив, – рассказывает Эви, и я замечаю, как в ее глазах появляется блеск. – Каждый раз, когда я провожу время с ними на улице, поднимаю взгляд к небу, представляю его улыбающееся лицо и думаю, что он бы гордился мной и тем, что я продолжаю жить за нас двоих.
– Эви, я так рада, что ты нашла то, что позволяет тебе жить дальше, – говорю и, поднявшись со стула, подхожу к ней. Крепко обнимаю ее, прислоняясь своей щекой к ее голове.
– Так, снежинка, ты, наверное, ничего не ела за весь день. – Она отстраняется, смахивая пальцами слезы.
– Вообще-то, мистер Паркер приготовил нереально вкусные булочки. И если мой желудок был бы человеком, он упал бы перед ним на колени, – отвечаю я, поглаживая свой живот.
Приблизительно до десяти я нахожусь в компании Эви и вернувшегося мистера Паркера. Мы общаемся, смеемся и едим приготовленную вместе лазанью.
Когда я понимаю, что мне пора бы отправиться домой, я вызываю такси под возмущения Эви, которая уговаривает меня остаться. Но, услышав, что дома меня кое-кто ждет, она все-таки отпускает меня при условии, что я еще приду.
***
Я переступаю порог квартиры, которую арендовала на несколько месяцев. Стягиваю с ног туфли и ставлю их рядом с кроссовками Хантера, которые по какой-то причине до сих пор стоят на полке, а не валяются в мусорном ведре.
