– Все хорошо, да, мне нравится здесь, – спокойно ответила я, подавляя лишние эмоции.
Я хотела кричать о том, как мне досадно, что он не общался со мной. Как мне больно оттого, что были дела, важнее меня. Но, в самом деле, кто я такая? Я для него никто. Мне повезло встретить его и Лину, и только благодаря им я здесь. Неужели на этом его роль в моей судьбе закончится? Неужели он был нужен только затем, что бы убедить меня пойти в Академию? Я не хотела верить в это…
Алекс явно уловил перемену настроения в моем взгляде и сказал:
– Тебя что-то тревожит? Ты можешь поделиться волнениями.
Мой пульс участился, казалось, что сердце выпрыгнет из груди, лицо горело, и я собиралась все сейчас выложить. Мне было все равно, что обо мне подумает он. Я лишь хотела узнать, что мне делать дальше. И что чувствовать. Я не могла и дальше жить ожиданиями. Если у нас нет шанса, то он мог сказать правду, тогда я хотя бы знала, что мне ожидать. Я вдохнула, набралась решимости и сказала:
– Я хочу узнать правду. Потому что мне это действительно важно. Потому что, оказавшись здесь, я не могу не думать. Я все дни провожу то на парах, то наверстывая упущенное. Иногда мне удается забыть, но я не могу спать, мне снятся сны, нет, не сны, не кошмары. Хорошие сны, которые дают надежду, а когда я просыпаюсь, то вся надежда рушится. Я готова вечно спать, чтобы не просыпаться, чтобы сны для меня оказались реальностью.
Парень смотрел на меня внимательно и слушал, не перебивая. Слова лились у меня из сердца, и я не могла остановить этот поток.
–… и даже сейчас, когда я получила результат, я поняла, что действительно одна из вас. Теперь думаю, что я заслуживаю знать ответ на свой вопрос.
И сейчас я поняла, что могу разрушить то, что может зародиться. Один импульс может навсегда уничтожить то, что можно построить.
–… я хочу знать… кем были мои родители,– я сама расстроилась тем, что сказала.
Мне показалось, что Алекс разочарован в моем вопросе, он будто ожидал другого. Задумавшись, парень ответил:
– Не здесь. Пойдем со мной.
И я пошла за ним, не понимая, куда мы идем. Мы поднялись на 3 этаж, пошли к самой дальней двери. Он открыл ее и сказал:
– Проходи. Не стесняйся.
Это была его комната. Ремонт сделан в мужском стиле, темные пол и обои, внутри аккуратно и чисто. Пахнет его духами. Им. Темный кожаный диван, большая кровать, огромный шкаф из темного дерева, а сама комната, наверное, раза в 4 больше нашей. Алекс прошел вперед, предложил мне присесть на диван, который стоял за стеклянной перегородкой, я послушалась его, села, внимательно осматривая комнату.
Парень достал две кружки и спросил:
– Чай, кофе?
– Кофе, – ответила я.
Пока парень готовил напиток, я тщательно изучала фотографии, которые стояли на комоде. Несколько семейных фото, где Алекс и Лина совсем маленькие.
«Такие счастливые», – подумала я.
На другом фото были лишь брат и сестра, и лицо Алекса не выражало бурной радости, хотя Лина казалась беззаботной. Парень подошел ко мне и, уловив взгляд, пояснил:
–Восемнадцатый день рождения Лины.
Я обернулась, и Алекс подал мне белую кружку и сел рядом, соблюдая дистанцию. Вообще-то я не была одной из пугливых девчонок, но сейчас я не знала, что со мной происходит. Мои руки дрожали, держа кружку, и я не знала, как это остановить. К счастью, Алекс, кажется, не заметил этого и начал:
– Я думаю, есть несколько способов узнать о твоих родителях: во-первых, архив. Конечно, для этого надо знать хоть что-то о них: имена, фамилии, год рождения, причину смерти, если они мертвы. Но, смотри, в чем есть опасность. Я не утверждаю, а лишь предполагаю: если они были предателями, то данная информация должна быть засекречена. И значит, при любом упоминании о них рабочие сообщат о том, что этой запретной информацией интересовались. Мы сможем сделать это, но позже.
Я внимательно слушала то, как говорил парень. Его речь была хорошо поставлена. Он говорил негромко, но уверенно, твердо, и тембр его голоса ассоциировался с лидерством. Он внушал доверие, пробирал до костей, цеплял, располагая к себе. Несколько усталые глаза цвета горького шоколада смотрели на меня, не причиняя дискомфорта.
–…во-вторых, непосредственно через тебя. Но это тоже делают лишь после обретения силы на Посвящение. Здесь можно попробовать подавление твоей воли и внушение. Как бы временно «скрыть» твой ген клановой принадлежности, чтобы иметь возможность внушить тебе. Но для этого тоже потребуется время и особый человек. Тот, кто в силах провести данный ритуал.
Я была благодарна, что Алекс мне все подробно объяснил, потому что без его помощи я бы не узнала и этого. Я вспомнила про слова Дина и спросила:
– А гипноз?
Парень посмотрел на меня и, поставив кружку на стол, отрицательно покачал головой, пояснив:
– Хоть ты и росла, как человек, в тебе есть ген, как и у всех нас, он и не позволит даже гипнотизировать тебя, поэтому это не сработает.
– Значит, мне все равно придется ждать полгода до моего Посвящения, чтобы что-то сделать. И сейчас ничего нельзя узнать.
Алекс не хотел сдаваться, увидев, как я была разочарована и спросил:
