– Я чуть не лишился семьи. Ни о чем не мог думать, кроме как об этом деле.
– Да, в моей практике подобное дело было только раз, – сокрушенно выдыхает Рязанцев. – Мы тогда с женой тоже чуть не развелись. Но только на тот момент мы были женаты десять лет, а у вас свадьба отгремела совсем недавно. Хотя раз уж ты с такой хваткой процессы сложные выигрываешь, то и с женой сможешь совладать.
– Несомненно, – говорю с улыбкой на губах.
– Так, задушевные разговоры – это прекрасно, но давай о деле, – Виталий Андреевич вмиг становится серьезным. – После громкого дела Захарова большая часть обращающихся в наше адвокатское бюро хочет работать с тобой, на втором месте Лариса Романова.
– Лара большая умница. Она мне очень помогла в этом деле, – быстро говорю я.
– За несколько дней до завершения процесса к нам обратился довольно влиятельный человек. Он как раз хотел работать или с тобой, или с Романовой, – продолжает начальник. – Это дело получила Лариса, так как тебе было не до него.
– По правде сказать, я бы отказался, Виталий Андреевич.
– Я так и понял. Но сегодня к нам обратился еще один клиент. Его дело не самое простое, но по нему уже проходит несколько свидетелей. Возьмешься?
– Если я получу неделю отпуска и все детали мы начнем обсуждать уже после Нового года, – диктую свои условия.
– Идет. Тогда я в двух словах расскажу тебе его ситуацию.
Говоря «в двух словах», Виталий Андреевич имеет в виду полноценное обсуждение всех известных, поэтому наша встреча затягивается до самого вечера.
– Миша, остальное обсудим в машине. Уже опаздываем на корпоратив. Поехали! – Виталий Андреевич поднимается со своего места, подгоняя меня. – Давай-давай. Я еще хочу сказать пару слов до того, как все придут в состояние некондиции.
В ресторане мы оказываемся через полчаса, и первое, что делает Рязанцев, – произносит тост, с теплотой говоря о каждом сотруднике нашего бюро.
– А Рязанцев подготовился, – кивает Вадим на начальника.
– А как иначе? Он же руководитель, – отвечаю с нескрываемым раздражением в голосе.
– Миха, у тебя все в порядке? – удивленно спрашивает Романов.
– Устал просто, – отмахиваюсь я.
Вадим собирается сказать что-то еще, но не успевает, поскольку Виталий Андреевич просит меня подойти к нему. Он рассыпается в комплиментах моим профессиональным качествам, привлекая внимание всех собравшихся. Его речь длится как минимум пять минут, после чего он поднимает руку с выпивкой вверх.
– Вадим, передай бокал Королева, – машет рукой Рязанцев. – Ему нечего выпить. До дна, Миха. Я не так часто говорю подобное своим сотрудникам.
Я осушаю бокал, после чего решаю перейти на сок. Завтра у нас с Ингой большие планы, поэтому сегодня я должен быть как стеклышко. Если бы я только знал в тот момент, что меня ждет спустя пару часов.
Миша
Я пытаюсь разлепить веки, но мне никак не удается сделать это. В отдалении слышу какие-то голоса, правда, никак не могу разобрать, кто именно говорит. Неожиданно все стихает, а через пару мгновений на меня вдруг льется что-то холодное. На этот раз веки оказываются гораздо податливее, открываясь быстрее. Мне очень хочется взглянуть на человека, что таким беспардонным образом посмел разбудить меня, но затуманенный взгляд не сразу удается сфокусировать. Башка трещит, а перед глазами все плывет. Черт возьми! Неужели я так много выпил? Где вообще я нахожусь?
– Доброй ночи, Миша, – до меня доносится знакомый голос.
– Какого черта! – грубо бросаю я.
– Проснулся? Вот и хорошо. – Я наконец фокусирую взгляд на… своей жене. – Есть разговор.
Перевожу внимание на других присутствующих в комнате – Вадим и Бережная. Черт бы ее побрал! Кстати говоря, что это за место? По выражению их лиц становится ясно – произошло нечто нехорошее, но разум пока отправляет меня куда подальше и не может сконцентрироваться на важном.
– Миха, ты как? В порядке?
– Башка болит, – глухо отзываюсь и сажусь на диване.
– Может, тебе таблеточку от головы принести?
На этот раз я поднимаю голову и смотрю на Ингу в упор. Кажется, только в этот момент до меня медленно начинает доходить причина ее раздражительности, если не сказать гнева. Ситуация слишком компрометирующая.
– Инга, как ты здесь оказалась? – спрашиваю я, игнорируя посторонних.
– Приехала сделать своему мужу сюрприз. – На ее лице нет и тени улыбки, но какая же она красивая.
– Сюрприз удался, – хриплю я.
– Твой сюрприз оказался более масштабным, – обвиняющим тоном говорит Инга.
– Инга, поехали домой. Мне так плохо. – К горлу подкатывает тошнота, но так же быстро отступает.
Ее реакция вполне объяснима. То, что предстало перед глазами моей жены, вызывает отвращение, вот только это неправда. Я не помню некоторые моменты вечера, но точно знаю, что не изменял ей и никогда бы этого не сделал. Я уважаю свою женщину и свой выбор.И не готов размениваться на других.
– Между ней и мной ничего нет! – бросаю грубо. – Я даже не знаю, как она оказалась здесь.
Ситуация накаляется, а каждое следующее слово дается мне с большим трудом. Так плохо, как сейчас, мне не было, пожалуй, никогда.