Неожиданно распахиваю глаза от резкой боли в нижней части живота. Не могу пошевелиться – любое движение отдается дискомфортом. Включаю лампу, находящуюся на прикроватной тумбе и кидаю быстрый взгляд на настенные часы – шесть десять. Как же больно! Вовремя вспоминаю, что в моей сумке на этот случай есть обезболивающее, и протягиваю руку, чтобы до нее добраться.
– Черт, почему так больно?! – бормочу про себя.
Наконец дотягиваюсь до сумочки и нахожу то, что искала. Вытряхнув на ладонь одну таблетку из блистера, открываю рот и уже собираюсь отправить ее туда, но резко останавливаюсь. Я ведь беременна. Нельзя пить лекарства, не проконсультировавшись с врачом.
Скидываю одеяло и, осторожно приподнявшись на подушке, потираю глаза, а затем опускаю взгляд на простынь. С ужасом смотрю на белоснежную ткань, на которой красуется огромное кровавое пятно. Но ведь месячных не бывает во время беременности! Дрожащей рукой я тянусь к мобильному и, недолго думая, набираю номер скорой. В двух словах рассказываю о произошедшем. Девушка на том конце провода сочувствующим голосом произносит: «Ожидайте».
Мне очень больно передвигаться, но я все же поднимаюсь с кровати. В глазах стоят слезы – на этот раз от физической боли, что почти невыносимо. В голове мелькает мысль о том, что я могу потерять ребенка, и это по-настоящему пугает. Я ведь только прошлым утром узнала о своей беременности, у меня даже не было времени осознать радостную новость.
Врач скорой помощи не медлит ни минуты. Приятная женщина средних лет, напоминающая мою маму, помогает мне одеться и спуститься вниз, к автомобилю. Как только я устраиваюсь на заднем сиденье, у меня начинает кружиться голова и темнеет в глазах.
– Рома, Рома, помоги мне, – отдаленно доносится до моего сознания, а затем я погружаюсь в мрак.
Первое, что вижу, открыв глаза, – это солнечный свет, пробивающийся сквозь плотные жалюзи. Щурюсь пару секунд от его яркости, но быстро привыкаю. Далее взгляд скользит по стенам палаты, желтоватый цвет которых меня раздражает. Ненавижу больницы.
– Инга, добрый день! – На пороге палаты возникает врач. – Меня зовут Елена Андреевна Петрова. Я ваш лечащий врач. Как чувствуете себя?
– Здравствуйте! Если честно, как будто меня переехал КАМАЗ, – пытаюсь пошутить, но выходит не очень.
– Вы в последнее время находились в состоянии стресса? – в лоб спрашивает она.
– Да. Весь вчерашний день. – Она непонимающе смотрит на меня, и я тут же поясняю: – У меня была свадьба.
– Волнующее событие, – улыбается она. – Поздравляю.
– Спасибо, – сиплю я. – Елена Андреевна, что с ребенком?
– Опасность миновала, – говорит она, и я облегченно выдыхаю.
– Спасибо, – шепчу я, едва сдерживая подступающие слезы.
– Инга, вы должны понимать, что вам совсем нельзя нервничать, – серьезно произносит врач. – Сейчас вы были на волоске, понимаете? Срок очень маленький.
– Я буду беречь ее и себя. – Я опускаю ладонь на живот.
– Впервые слышу, чтобы на таком сроке будущая мама с такой уверенностью говорила о том, кто у нее появится, – улыбается Елена Андреевна. – Берегите вас обеих. Сейчас все зависит только от вас.
– Елена Андреевна, – окликаю ее, когда она направляется к выходу из палаты. – Если придет мой супруг, пожалуйста, не говорите, почему я здесь. Пусть будет версия – переутомление. Я хочу сделать ему сюрприз.
Каждое из произнесенных слов дается мне с трудом. Изображать счастливую жену – то еще испытание.
– Хорошо. Вы все равно временно находитесь в терапевтическом отделении. Он не догадается, если кто-то ему не подскажет…
– Пока никто не знает, – быстро произношу я, но вспоминаю наш разговор с мамой. Хотя в ней я уверена. Если мою маму попросить никому ни о чем не рассказывать, то все остается тайным. Я очень люблю эту черту характера в ней.
– Инга, кстати, ваш муж приехал сюда час назад, но я не разрешила ему заходить в палату. И он все это время просидел в коридоре, – спокойно произносит доктор. – Сейчас он за дверью и хочет войти. Что скажете? Готовы к посетителям?
«Нет! Нет! Нет!» – кричит мое сознание, но вместо этого я равнодушно отвечаю:
– Пусть войдет.
Миша с хмурым выражением лица входит в палату и останавливается. Он опирается плечом на стену и немигающим взглядом смотрит на меня. Его глаза излучают нечто похожее на беспокойство, но я уверена, думает он о другом – будто я сама виновата, что оказалась здесь. Королев продолжает молчать, а я не выдерживаю, мне хочется поскорее остаться наедине с собой.
– Мое самочувствие в норме, – резко бросаю. – Ты ведь за этим пришел?
Он резко отталкивается от стены и медленно, словно хищник, приближается к кровати. Я смотрю на мужа в упор, пытаясь найти хоть каплю сожаления в его непроницаемом взгляде. Ничего. Еще вчера во время регистрации и после нее Миша казался мне совсем другим человеком: добрым, внимательным, заботливым.
– Почему ты не позвонила мне, когда тебе стало плохо? – ледяным тоном спрашивает он.
– Считаешь, должна была? – нервно усмехаюсь.
– Инга, я твой муж, – отрезает он.
– Что-то вчера вечером ты упустил этот факт, – не могу удержаться от колкости.