- Вы меня... - передразнил его Стас и, поднявшись на ноги, обошел стол, за которым они сидели. Спина Чернова окаменела от напряжения. Стас наклонился к нему, положил ладонь на загривок и слегка надавил, пригибая к столу.
- По-хорошему, я должен сделать так, чтобы ты отсюда не вышел. Исчез, испарился, перестал существовать. Я бы так и сделал, но мне очень не нравится, когда меня пытаются использовать таким паршивым образом. Поэтому, парень, я тебе даю шанс. Но ты должен будешь уехать из города в ближайшее время - чем дальше, тем лучше. И упаси тебя Бог кому-нибудь рассказать правду. Понятно?
- Я могу уйти? - недоверчиво переспросил Чернов, когда его отпустили. Стас поморщился, словно ему наступили на мозоль, и, схватив его за волосы, резко ударил лицом об стол.
- Я тебя, кажется, не об этом спрашивал, - прошипел он, за волосы оттягивая его голову назад. По лицу Чернова зазмеилась струйка крови. Его глаза расширились от боли и страха, и он попытался кивнуть. Стас разжал пальцы.
- Мне все понятно, - прохрипел Чернов. - Я уеду, да. Не сомневайтесь...
- Вот и молодец, - похвалил Стас, вытирая руку об его рубашку. - Вставай. Можешь считать, что тебе сегодня очень повезло.
С того момента Стас ни разу и не вспомнил об этом парне. Про инцидент быстро забыли, навалились новые дела, а потом в отдел пришел новый следак, Костя Артемьев, с безупречным личным делом и очень странным прошлым. Стас чертыхнулся, едва не пролетев нужный поворот и, не обращая внимания на сигналящие машины, ушел направо со среднего ряда. Он напряженно вспоминал все, что Костя упоминал о своем бывшем. Тот его бросил - как раз два с половиной года назад, а потом, по словам матери, уехал. В этом вся причина?
- Какого дьявола творится, Костенька? - вслух сказал он, паркуясь около школы. В груди, словно снежный ком, нарастало недоброе предчувствие.
В школе Антона не оказалось. Стас, цепенея от ужаса, выслушал сбивчивые оправдания учительницы, объяснившей, что за мальчиком после первого урока явился его дядя - "Вы же сами разрешили отпускать ребенка с ним!" - и забрал Антона, объяснив, что этого требуют семейные обстоятельства.
- Что-то случилось? - взволнованно поинтересовалась женщина, глядя на Стаса, а тому, как никогда ранее, хотелось взвыть от ужаса. Костя забрал Антона? После первого урока, значит почти пять часов назад. Зачем? Почему молчат телефоны? Что за игры в прятки? Он уже ничего не понимал.
- Поверь, ты здесь больше не работаешь, - отрывисто бросил он и поспешил на улицу, на ходу доставая мобильник. Позвонить, однако, он не успел. На капоте его машины, как ни в чем не бывало, сидел Костя.
Стас, моментально собравшись, медленно подошел к нему, внимательно вглядываясь в хорошо знакомые черты. Костя выглядел спокойным, даже немного отрешенным.
- Привет, - сказал он так обыденно, что Стас даже остановился. Может, ему все почудилось? Может, Антон сейчас выбежит из школы и окажется, что дура-учительница все перепутала, и никто не забирал его несколько часов назад? Это было заманчиво, безумно хотелось поверить, только вот Костя никак не мог находиться здесь, если уехал к родителям. Значит, все правда. Стас сделал последний шаг и ухватил Костю за грудки.
- Где Антон? - тихо, с шипением, спросил он. Костя рассмеялся.
- Что, Стас, зацепило? Больно терять, да? - он говорил с откровенной злостью, почти ненавистью, и Стас отшатнулся. - Ну же, как ты сейчас себя чувствуешь, а?
- Что ты несешь? - голова буквально шла кругом от нереальности происходящего. - Где Антон? Если ты с ним что-то сделал, я убью тебя. Говори, сука!
- Ты его не увидишь, - мотнул головой Костя. Его губы искривились в болезненной, вымученной улыбке, будто ему самому было не менее тошно. - Ты его больше не увидишь, Стас.
В глазах потемнело. Стас, не помня себя, шагнул к Косте, ухватил его за ворот куртки, но тот вывернулся, попутно заехав ему кулаком по подбородку. Стас, не обращая внимания на боль, повалил его на землю, но потерял равновесие и упал вместе с ним.
- Что? - выкрикнул он, поднимаясь. - Все из-за этого Чернова?
Костя замер, в его глазах заиграла ярость.
- Вспомнил, - процедил он, вставая на ноги. - А все делал вид, что не узнаешь. Я, когда эти снимки тебе подсунул, все думал, шевельнется что-нибудь или нет. Даже такая сволочь, как ты, должна испытывать чувство вины.
- Вины? - с издевкой переспросил Стас, надвигаясь на него. - За что? За этого ублюдка, ложившегося под кого попало? Костенька, тебе следовало бы лучше знать того, с кем живешь...
Сильный удар в челюсть прервал его на середине фразы. За ним последовал еще один, в живот, но Стас сумел перехватить Костину руку и отвел ее в сторону, а потом с силой оттолкнул Костю от себя. Тот покачнулся, едва не упав на капот машины, а затем, восстановив равновесие, снова бросился на него.
Дрался он умело, да и злость явно увеличивала силы. Стасу пришлось обороняться, закрываться от четких, хорошо поставленных ударов, и вскоре он сам оказался прижат к машине, а Костя навалился сверху, придавив локтем горло.
