Сора всегда был угрюмым. Не то, чтобы это как-то сказывалось на его работе, но порой мешало нормальному общению. Он единственный из отряда с кем я могу пару раз в месяц пропустить по стаканчику, не обсуждая ничего из прошлого. Да и знаем мы всё друг о друге. Становится известно ещё на момент перевода, когда командир рассказывает кого куда за что. Сора был таким же, как я. Собственный шкаф полон не только скелетами людей с отработанных заданий, но и вражьими костями.
— Да кто спорит-то, Сор? — отозвался Гвоздь. — Тут дело не в том, как я бы поступил, а в том, как не должен был поступать Демон, — командир вздохнул и обратился уже ко мне. — Да замнём вопрос, не переживай. Ярыч, вон, первым сообразил уроду нож подсунуть. Лучше скажи, как девчонка.
Пальцы нащупали зажигалку в кармане. Холодный металл подействовал успокаивающе, а звук щелчка позволил сконцентрироваться на воспоминаниях и их анализе.
— Она молодец, держится. Меня другое беспокоит: Эти придурки посланы подружкой, заседающей на нарах. Не пойму, как согласились?
23
Гвоздь неожиданно рассмеялся хрипло и подкинул мучимую вещицу. Только сейчас, я смог рассмотреть, что это карманные часы.
— А им терять нечего было. На них ориентировки есть за разбойное нападение, по новостям раз за разом рожи мелькают, потому что убили кассира в ломбарде при попытке ограбления. Короче, им реально недолго оставалось на свободе, а тут видать связи с подружкой, — Гвоздь хмыкнул. — Наркодиллер и готовые на всё наркоманы. Ничего нового.
Саша Толмачёва. Сколько ещё неприятностей преподнесёт эта личность? У меня уже руки чешутся разорвать эту суку на куски. Сама себе жизнь попортила, так ещё и Аню хочет угробить.
— Да не переживай. Есть у меня один знакомый, я позвоню намедни, он подсобит, чем сможет.
— Спасибо, Серёг, — невесело отозвался я.
Тихо скрипнула дверь, привлекая внимание к вышедшему из квартиры врачу скорой помощи.
— Как она? — тут же напрягаюсь я.
Мужик посмотрел на меня с легкой усмешкой.
— А я думаю, чего вы тут торчите, закончилось же всё, — доктор вытащил из кармана пачку сигарет и сунул отраву в рот. Я протянул зажигалку и чиркнул, позволяя прикурить. — Нормально всё. Переохлаждение присутствует и шок. Опросил, осмотрел. Говорит ударили кулаком в живот. При осмотре синяк обнаружил, точно ушиб. Чувствует себя нормально, но я всё равно рекомендую обратится в больницу, когда всё закончится. Женский организм, он ведь хрупкий. Мало ли чего там…
Втянул носом воздух, представляя, как больно и страшно было кукле в тот момент. Как вообще можно было её ударить? Была бы моя воля ещё раз грохнул бы. Удавил бы суку, заставив помучаться напоследок.
— Нормально всё, Дем, — похлопал Сора по плечу. — Главное, что драгоценная твоя цела.
Я вскинул взгляд и увидел горечь, с какой может смотреть только тот, кто утратил в своей жизни кого-то важного. И почти отзеркалил эту горечь в ответ.
— Нормально.
Уже через полчаса Гвоздь прикрыл меня перед начальством, позволив разобраться с Аней. Кукла уже переоделась и привела себя в порядок, слесарь менял замок, а я всё размышлял над тем, как жизнь подбросила мне очередную порцию дерьма.
— Отвезёшь меня к Свете?
Обернулся и взглянул в огромные печальные глаза.
— Нет, к Свете ты точно не поедешь, кукла. Отвезу к себе.
Я увидел смятение во взгляде, сменившееся упрямством. Кукла приоткрыла рот, чтобы ответить отказом, но нахмурилась о отвела глаза, проиграв борьбу со здравым смыслом. Игра эмоций в этих двух сердцах океана поражала.
— Толмачёва знает о моём общении со Светкой, — кивнула девушка. — И знает, где она живёт.
Усмехнулся и в пару шагов сократил расстояние между нами, чтобы обнять Аню. Сейчас это казалось важным.
— Рад, что не пришлось тебя уговаривать.
24
Я старалась не задумываться. Не вспоминать событий ушедшего дня, чтобы не погрузиться в пучину отчаяния, время от времени застающего врасплох. Не думать о той, кого полжизни любила и защищала от нападков других. Не искать её мотивов и не осуждать. Всё было, как было. Оно ушло, оставив мне только тик настенных часов в чужой квартире, пропитанной запахом мужчины, захватившего в плен мои чувства.
Стас ушел практически сразу, как привёл сюда. Наверное, чувствовал мою неловкость, когда я с осторожным любопытством изучала простой интерьер жилой квартиры. Минимализм во всём. Именно так я себе представляла одиноких военных, в чьей жизни нет радости уюта.
Он только сказал, что есть у него дома нечего, но в холодильнике водятся полуфабрикаты. Погладил большим пальцем по щеке и ушёл, шепнув на ухо, что вернётся через пару часов. И эти пара часов закончились.
На плите остывали макароны с сыром и свекольные котлеты, найденные мной в морозильнике. А есть не хотелось. Думала в первую очередь только о том, что он будет голоден.
Усмехнулась.
Наверное, стоило бы завязать с привычкой думать о других.
