-Не ставь крестов над прежним аппетитом!
Развртником ты, помню, был огромным.
Уж покрути его, да поверти там,
Глядишь, и мы с тобою юность вспомним.
-Да, пёс с тобой! Иди, разоблачайся.
Мне лаятся с тобой резона нету.
Да побыстрее только ворочайся,
Я дочитать хочу ещё газету.
Ушла старуха, но вернулась скоро,
Предстала перед ним картиной жуткой.
Как будто благородную сеньору,
С портовою скрестили проституткой.
Продуманно чуть приоткрыт пупочек,
Чтобы старик сильнее расхотелся.
А он бросает ей в лицо комочек:
–На, дура, докрутился, довертелся.
* * * * *
Монашки
Смешное часто происходит,
Лишь шаг от смеха до беды.
К монашкам, раз, старуха входит
С ушатиком святой воды.
Всех обвела суровым взглядом
И ставит тазик свой на стол:
– Очиститься вам девы надо
От всяческих греховных зол.
За дело примемся мы сразу,
Пусть те, кто видел грех мужской,
Сейчас, не медля, выйдут к тазу,
Омыть глаза святой водой.
В иных, я знаю, больше прыти,
Те, кто мужскую трогал суть,
Извольте тоже к тазу выйти,
И руки в воду окунуть.
Встаёт красивая такая:
– А можно мне святой воды?
Я быстро рот прополоскаю,
Пока не стали мыть зады.
* * * * *
Крутой и Молодой
Погода – дрянь, хотя и солнце светит.
Из тачки тело выволок Крутой.
И вдруг, его, как видно, не заметив,
Боднул в плечо убогий Молодой.
– Ты чё, обсосок! – сгреб Крутой парнишку,
– Ослеп, оглох и нюх свой потерял?
– Простите! – потирая на лбу шишку,
Со страхом Молодой пробормотал.
– Я ща прощу, чтоб видел, где дорога!
По репе дам, чтоб правильно ходил…
Но как-то пар спустился понемногу,
Ну, и Крутой по-тихому остыл.
– Вы не поймите уж меня превратно!-
Сказал убогий, поборов свой страх,
– Но как бы ни было невероятно,
Ведь я могу прославиться в веках!
Крутой прожженный, битый бывший урка,
Умевший из ломов канаты вить,
Теперь, увидев полного придурка,
Решил напрасно Бога не гневить.
– Пацан, не знаю я, чего ты хочешь,
Но у меня к тебе претензий нет.
Не понял ни фига, что ты бормочешь.
Возьми вот даже парочку монет.
-Да как понять Вы не хотите сами!
Ведь я же с детства в физику влюблен!
Пять лет работал днями и ночами!
Нашел объединяющий закон!
– Ну, молодец! Теперь вали отсюда!
–Да как же! – зазвенел истошный крик,
– Вы видно не способны верить в чудо!
А я его, поверьте мне, достиг!
– Ну, ты достал! Чего еще-то надо?
Нет денег, ну так я причем же тут?
– Я не ищу ни денег, ни награды!
Мне их и так со временем дадут.
– Дадут! И поддадут, когда догонят!
Нет, ты меня прикольно тут развел!
Стою, как лох, а он мне лажу гонит…
– Хотите знать Вы, что я изобрел?
– Ну, говори! – Пацан достал тетрадку
И на каких-то формулах раскрыл.
Крутой подумал: "Кореш-то в порядке.
И не такой, похоже, уж, дебил".
– Вы знаете, однажды я заметил,
Что по законам, даже ходит слон,
Дрожит земля, пьют пиво, дует ветер.
Я все решил свести в один закон.
Три года вел упорно наблюдения,
Старался приобщить все то, что мог.
Считать пришлось два года, к сожалению,
Но задрожал, когда подвел итог!
От выводов едва умом не съехал!
От формулы мог в обморок упасть!
Ведь это была формула успеха!
Богатство в ней, любовь, известность, власть!
– А как тебя зовут? – Я Ломоносов.
– Зачет, братан, я про тебя слыхал!
– Про батю. Он известен, без вопросов.
А мне обидно!
– Ну, я так и знал!
Вот, до чего ж вы алчные людишки!
Хотите шире рыла каравай!
Чуть только Бог лишка сыпнёт умишка,
Так вам уже и славу подавай.
Короче, хватит тупо гнать бодягу!
Я, ща тебе максаю тут лимон,
А ты мне оптом все свои бумаги,
И чтоб забыл свой долбаный закон.
– Но честь ученого! Ведь это шанс, быть может.
Известность! Меня мир узнает весь!
– Я свистну, и тебя на ноль умножат!
Давай, пацан, не парь меня про честь.
Уж ты поверь, я отнимать умею!
Я же "в законе", и капуста есть.
А ты представь, что выиграл в лотерею.
Прикид прикупишь, наплюешь на честь.
И вот "лимон" он отдает бедняге,
Берет бумаги крепкою рукой.
Интеллигентно всё и без бодяги.
И разошлись Крутой и Молодой.
Один смеялся над интеллигентом:
"Ну, лох, в натуре, нечего сказать!"
А миллион – богатство для студента,
Придется, лишь, конспект переписать.
Уж если в басне речь заходит о морали,
То в этом случае ни кто не посрамлён.
В любой момент быть может всякий удивлен,
С какою лёгкостью с ним шутку разыграли.
* * * * *
Конец кузнечика
В денёк погожий, со своею скрипкой,
Зелёненький кузнечик стрекотал.
Чтоб все его услышали мечтал,
Что было стратегической ошибкой.
Казалось бы: ну, если ты кузнец,
То молот тебе в руки, куй железо!
Но, из счастливчика конкретно лезло.
Да, пусть себе играл бы, наконец,
Но, потихоньку, маленьким смычком,
И вдалеке, где ни кому не слышно.
Коль прёт конкретно, если так уж вышло,
Не зли других, не будь ты дурачком.
Ан, нет! Трындит, зараза, и трындит.
Самозабвенно, нудно, неприятно.
И слушателям, несомненно, рад, но,
Их ненависть тверда, как победит.
На то, что он уже заколебал,
Ему довольно ясно намекали.
Что свой репертуар мелофекалий,
В другом бы месте, где нибудь, лабал.
Зелёный монстрик пафосно молчал.
На все вопросы скрипка отвечала.
И от того, что споры шли сначала,
Поганец, без сомнения, торчал.
Ударили его по голове.
