Я не стал отвечать, воспользовавшись тем небольшим временем, пока волки крались в нашу сторону, не понимая, что давно обнаружены. Время потратил с пользой. Достав лоскуты кожи, скоро стреножил буйволов, опасаясь, что, при видя зверей, они рванут вдоль дороги, пока я буду занят и не смогу остановить их.
— Проклятые демоны! — выругался Роб, глядя на морду первой твари, что выбиралась из орешника.
Один… Два… Десять волков, внимательно оглядывающих нас, медленно расходились в стороны, беря нас плотным полукругом.
Грамотные твари.
Было бы куда проще, если бы эти зверюги бросились одной большой кучей в нашу сторону, тогда я бы их накрыл одной массовой атакой, а так…
Волки действовали грамотно. Как только несколько волков зашли к нам в спину, то тут же бросились в нашу сторону. Одновременно с этим понеслись и остальные волки.
Роб в ту же секунду раздался в плечах и прибавил в росте. С характерным звуком всё его тело покрыла каменная броня, он встал в стойку, занеся тесак, готовясь встречать первого зверя на размашистый секущий удар.
Секунды словно растянулись. Первый волк, нёсшийся на меня, в считанные секунды преодолел разделяющее нас расстояние и оказался в пяти метрах, отпружинивая от земли, взмыл в воздух, раскрывая пасть, дабы вцепиться в моё горло.
Обращаясь к кольцу, я вынул копьё, блеснувшее остриём в лучах яркого солнца. Тут же подхватил его телекинезом и отправил в полёт. Данный приём я практиковал последние двадцать дней, идеальный способ застать сильного и прочного противника врасплох. Правда, меткость пока хромала, да и зачастую копьё летело неровно, то и дело «спотыкалось» в воздухе, и плашмя врезалось в мишени. Но сейчас вышло как надо.
Расстояние было небольшим, так что оно погрузилось в тушку волка почти по основание, обрывая прыжок и отбрасывая скулящее тело на десяток метров назад.
Вернуть оружие я не успел, следующие два зверя подобрались слишком близко, заходя сбоку и уже готовые атаковать клыками. Собственно говоря, они и атаковали, но я успел развернуть перед собой щит из плотного телекинеза, от чего с жёстким хрустом два волка врезались в него мордой. Из их носов потекла кровь, послышался свирепый рык.
Но не стоило думать, что данным действием я вывел их из строя. Наоборот, это лишь раззадорило свирепых хищников. Перед их новым рывком в их глазах я прочитал истинную ярость. Из пасти густыми струями текла слюна, они хрипели и скалили клыки.
За спиной происходило что-то неладное. Удерживая щит перед собой, я оглянулся. Два волка повалили Роба на землю и пытались разорвать на части, мёртвой хваткой вцепившись в руку и ногу моего друга.
Сжав воздух в тонкое лезвие, я послал его к одной из тварей, неистово мотавшей башкой и пытавшейся оторвать конечность. Не прошло и секунды, как режущий ветер настиг её и больно распорол плоть, оголяя позвоночник.
Резкая боль пронзила животное, волк, не ожидавший такого, заскулил, словно щенок, и отпустил руку. Роб этим тут же воспользовался, схватив лежащий на земле тесак и пронзая зверю брюхо. Следующий удар пришёлся уже в голову той, что удерживала ногу.
Всё это я уже отмечал краем глаза, сосредоточившись на троих волках, приближавшихся со спины.
Чёрный, здоровый зверь, набрав разгон, прыгнул, стремясь к моему горлу. Тут я не стал ничего выдумывать.
Выбросив руку вперёд, ухватил его голову телекинезом и, тратя немыслимое количество энергии, размозжил прямо в полёте. Струи крови и мозга вперемешку с осколками черепа брызнули в разные стороны. Часть из них попала мне на одежду, но сейчас я не обратил на это внимания.
Волки были быстры, поспевать за их атаками — нелёгкая задача. Что говорить, если с начала боя прошло не больше пяти секунд, а я уже потратил немало энергии. Благо на моей шее весел амулет, просто неистово снабжавший меня ей, и хоть он был далеко не полон, но пока я не боялся, что она закончится.
Словно что-то понимая, четыре волка атаковали одновременно со всех сторон. Я мог убить любого из них, но непременно подставился бы под клыки оставшихся. Действуя на инстинктах, я сформировал сплошной купол, окружая себя со всех сторон. С приятным для моих ушей звуком они впечатались в него и, на краткий миг, жалобно завыли, после чего их рычание лишь усилилось.
Роб уже поднялся и двинул в мою сторону. Одежда на нём висела лоскутами, а в каменном теле виднелись глубокие следы от клыков и когтей. Кое-где стекали небольшие струйки крови.
Максимально сосредоточившись и поводя руками, я заставил ветер вокруг моего щита уплотниться в острое кольцо и отпустил его, расширяя в разные стороны.
Не ожидавшие опасности, от обычного дуновения ветерка, волки завыли и захрипели. Удар был быстрым и направлен на уровне их шей, благо они стояли неподвижно, ошеломлённые столкновением с моим барьером. Густым фонтаном кровь брызнула на зелёную траву, а зверьё, не понимающее, что же их всё-таки убило, рухнуло там же, где стояло, неистово суча задними лапами и раскрыв зубастые пасти.
— Уф, ни хрена ж себе!… — выдохнул Роб, протирая тесак, измазанный липкой кровью.
