— Он не сможет у меня оставаться на ночь, — сказала она. — К нему тоже никак. У него мама болеет, он после работы сразу к ней. Дел там много. У него собака, сенбернар. Сама понимаешь, что просто так ее не оставишь. Мы и встречаемся-то чаще всего в то время, когда он собаку выгуливает. Раньше было полегче, с ними тетка жила, но она в Тарасове бывает наездами, так что…
— Понимаю.
— И потом, я не хочу его грузить своими проблемами, — добавила Маша. — Ему и без меня не слабо прилетело.
— Он в курсе того, что случилось?
— Конечно. Он постоянно на связи.
— Далеко живет?
— Далеко, ехать минут сорок. Парк, где он гуляет с собакой, рядом с его домом.
Да уж. В наше-то время расстояния вроде бы и не проблема, а вон оно как сложилось. Парень, видимо, не всегда может позволить себе такси, чтобы доехать до своей девушки. Наверное, и развлечения не по карману. В квартирах у обоих не те условия, которые располагают к проявлению чувств. Вот и остается Маше таскаться на другой конец Тарасова, чтобы побыть рядом со своим любимым, который в это время держит в руке собачий поводок.
«Ладно, — подумала я. — Потом решим насчет того, кто с кем останется».
— Мне пора, — вспомнила Маша и подошла к плите. — Осталось только суп в термос налить. Все остальное Артуру я собрала.
— Я с тобой, — поднялась я со стула.
— Все-таки никак мне без сопровождения? — расстроилась Маша.
— Ну хоть до ментовки-то можно с тобой доехать? — возмутилась я.
— Конечно, можешь. А что, бывала там?
— Приходилось.
Я отнесла тарелку в раковину.
— Суп прекрасный, — повторила я. — А вот дел у меня на сегодня никаких нет. И это не из-за тебя. Просто так вышло, что я тоже свободна. Позволь мне хотя бы прогуляться с тобой. Обещаю исчезнуть сразу же, как ты попросишь.
Была еще одна причина, по которой я хотела быть рядом с Машей, но о ней ей знать было необязательно. Мне неоднократно приходилось посещать и отдел полиции, и следственный изолятор. Северский, конечно, умница, вошел в положение, но кто знает, как отреагируют на Машино появление остальные сотрудники? Бывают же очень принципиальные люди, которые ни в каких обстоятельствах не забывают об установленных законом порядках и начинают выспрашивать о причине твоего появления в полицейском участке, не имея к этой причине никакого отношения. Судя по всему, Северский ради встречи брата и сестры попытается обойти эти самые порядки, но если возникнут трудности, то неизвестно, как поведет себя Маша. В этом случае я буду рядом.
Капитан юстиции Виталий Андреевич Северский, стоя возле главного входа, с подозрением наблюдал за тем, как мы с Машей пытались пересечь парковку и достигнуть нижних ступеней главного входа. Путь преграждали серьезного размера лужи. Допрыгав наконец до ступеней, я решила, что можно и повозмущаться.
— Ваш дворник, наверное, только и делает, что занимается благоустройством территории, — с уважением произнесла я. — Во дворе все сухо. Ни одной лужи, правда, Маш?
Девушка на мои слова никак не отреагировала. Она подошла к Северскому, крепко сжимая в руках пакет с передачей для Артура.
— Здравствуйте, — тихо произнесла она.
— Здравствуйте, — ответил Северский и вопросительно посмотрел на меня.
— Мы вместе, — объяснила я. — Не прогоните?
— Если не будете мешаться под ногами.
Мы без проблем прошли через холл, мимо большого проема, вырубленного прямо в стене. По ту сторону сидели сотрудники дежурной части. Вдоль стен располагались металлические стулья, некоторые из них занимали посетители. Основная часть граждан стояла в очереди в дежурку, держа в руках какие-то бумаги.
Маша шла, не поднимая головы. Миновав холл, мы оказались в темном коридоре, который выходил на лестницу.
— Нам вниз, — скомандовал Северский.
Этажом ниже мы уперлись в стальную дверь с встроенным рядом звонком. Капитан нажал на кнопку. Дверь тотчас отворилась, на пороге возник полицейский высоченного роста.
— Привет, — поздоровался Северский.
— Здравия желаю, — ответил полицейский.
Северский кивнул в нашу сторону.
— На допрос.
— Понял.
Следователь проводил нас в комнату без окон. В самой середине ее стоял письменный стол. Вдоль стен также располагались металлические стулья. В комнате висел слабый запах человеческого пота. По всей видимости, недавно здесь кого-то допрашивали.
— Ждите.
Северский ушел, плотно прикрыв за собой дверь. Мы с Машей остались вдвоем.
Она села в самый дальний угол комнаты, так и не выпуская из рук драгоценную ношу.
— Маш, — позвала я. — Обрати внимание, следователь даже не проверил, что ты принесла.
— И что это значит? — проговорила она.
— Это значит, что он обязательно проверит, когда придет. У тебя же там нет ничего… такого?
— Нет, — качнула на головой. — Я знаю, что можно, а что нельзя.
Дверь открылась. Первым в комнату зашел Северский, следом за ним появился Артур. В глаза сразу бросились потемневшие синяки на его лице. Замыкал шествие уже знакомый нам сотрудник. Он проводил Артура до центра комнаты, взял стул и поставил его около стола.
Артура Замберга привели без наручников.
— Спасибо, — поблагодарил коллегу Северский. — Подожди за дверью.
