Зоя писала, не останавливаясь, пока не заполнила весь листок. В четверть четвертого она сложила письмо и засунула в карман пальто Икса, словно это был какой-то сверхъестественный почтовый ящик. Уже через несколько секунд она заснула, так и не выпустив из руки краденой ручки. Пальто растекалось над ней, словно теплая вода.
В 8.58 Зою разбудил гудок Далласа. Он приехал на две минуты раньше и с того времени, когда она в последний раз садилась в его машину, наладил свой гудок так, чтобы он играл первые пять нот лейтмотива «Симпсонов». Зоя проковыляла к кухонному окну. Она перечеркнула ладонью горло («Прекрати гудеть!»), растопырила пальцы правой руки («Я через пять минут!»), а потом повторила перечеркивающее движение («Серьезно: еще раз погудишь – и ты труп!»). Сил не было совершенно. Шея болела от неудобной позы на диване. В таком состоянии в пещеры не спускаются. Придется надеяться на адреналин.
Наверху она натянула гидрокостюм, а поверх него – столько слоев одежды, сколько можно было надеть, не потеряв способности двигаться. Быстрая проверка рюкзака и наплечной сумки показала, что все нормально. На пути вниз она заглянула в Джонину комнату, надеясь, что он уже проснулся и перед уходом можно будет потискать его разгоряченное тельце. Однако он еще спал – румяный и безмятежный.
Внизу ее мать привидением зависла на кухне. Она стояла за столом и размешивала чай.
– Я пошла, – сказала Зоя.
Мать не ответила. Даже головы не повернула.
Зое не хотелось расставаться вот так.
На улице Даллас слушал в машине рэп Кендрика Ламара.
– Я буду осторожна, – пообещала она.
Это должно было стать словами примирения, но ее мать разгневанно обернулась.
– Если бы ты собиралась быть осторожной, если бы собиралась уважать мое мнение – ты вообще не ходила бы, – отрезала она.
– Мам, послушай…
– Нет, Зоя, я не буду слушать. Иди, если идешь.
Мать отказалась разговаривать. Она взяла оранжевую жестянку с чаем и стала читать этикетку, словно там было что-то интересное.
Зоя подошла к машине в полном расстройстве. Даллас попытался сообразить, что можно сказать. Зое было перед ним стыдно. Даллас был так «ГОТОВ! ГОТОВ! ГОТОВ!», а она тут как какая-то жалкая курица мается «чуйствами». Она же не такая!
С удивительной предусмотрительностью Даллас захватил для Зои капуччино из сетевой кофейни и переключил радио на ее любимую станцию с кантри. В машине зазвучали скрипки и акустические гитары. Зоя видела, как Далласу это противно, но он не сказал ни слова. Она мысленно поставила рядом с его именем плюсик.
– Варвары тебя все-таки отпустили, – заметила она наконец. – Круто.
– Варвары просто отстой, – отозвался Даллас, радуясь тому, что можно поговорить. – Даже не хочу начинать о том, какой они отстой.
Он затормозил на красный свет.
– Вот, например, – продолжил он нелогично, – мой начальник, так? Нам положено звать его «король Руджила», что глупо и плохо выговаривается. На самом деле он Сэнди. Короче, король Рэ устраивает мне мощное, жесткое промывание мозгов насчет священного кодекса варваров и того, что они не бросают своих братьев ради какой-то цыпочки. – Он чуть помолчал. – Кстати, цыпочка – это ты.
– Я догадалась, – сказала Зоя.
– Так что я открываю Википедию, так? Я вообще-то ничего не читал про варваров, потому что, типа, хотел создать собственный образ. Но отметь: у них не было никакого кодекса! В том-то и дело: они просто нападали, и все.
Светофор переключился на зеленый. Даллас пропустил вереницу поворачивающих машин и только потом тронулся. Он был до странного вежливым водителем.
– Извини, что разошелся, – буркнул он. – Король Рэ меня бесит.
– Не хочу, чтобы у тебя из-за меня были неприятности, – повинилась Зоя. – Тебя ведь не уволят, да?
– Нет, меня определенно не уволят, – ответил Даллас. – Потому что я сам ушел.
– Даллас! – воскликнула Зоя. – Из-за меня?!
– Угу, из-за тебя, – признался он робко. – Заткнись.
Она его смутила! Кто бы мог подумать, что Даллас вообще умеет смущаться?
– Они уже к понедельнику будут умолять меня вернуться, – добавил он. – Все эти горячие мамочки приходят не ради еды (которая, спорим, вообще-то никакая не варварская). Не скажу, что я среди них самый мачо. Это было бы тщеславием. Но я определенно вхожу в верхнюю тройку. У короля Рэ, типа, волосы черные.
Зоя рассмеялась, благодарная Далласу за то, что он, несмотря ни на что, остается Далласом.
Они пролетели мимо Коламбиа-Фоллз и свернули на север, к Поулбриджу. Цивилизация быстро исчезала. Вся мобильная и интернет-связь испарилась, а последние магазины и рестораны сменились пустыми разбитыми дорогами, петлявшими по лесу. Знаки с надписями «Частная собственность» и «Осторожно, медведи» были приколочены прямо к елкам у обочины. Кое-где из бревенчатых домиков в гуще деревьев поднимался толстый столб дыма. В остальном мир был пуст. Зоя чуяла это печенкой. Чем ближе они подъезжали к Серебряной слезе, тем больше ее пугала мысль о спуске в пещеру. Похоже, Даллас это почувствовал.
– Нервничаешь? – спросил он.
– Ага, – призналась она.
