– И все? – разочарованно вытянулось лицо Кезона. – А где твои фирменные истерики с разнесением всего в округе? Где обещания прикончить меня на месте, если я не заткнусь? Где вопли удивления и вырывание волос с корнями из всех частей тела? Где, Кей? – заглянул он в каменное лицо Тропинина. – Или у нас остался только Антошка? Маленький, глупый Антошка, который так облажался на первом концерте? Или который играл с девчонками? Я все про тебя знаю, копия. Все.
Зачем Кир все это говорил, он и сам не знал. Из-за Кати? Вполне. Из-за ревности? Может быть. Из-за зависти? Возможно.
Он ждал эффектное шоу, фонтаны эмоций, угрозы, крики ненависти, удары в лицо. Но, кажется, Тропинин повзрослел и не собирался устраивать представление. Молча смотрел на него страшными глазами. И сжимал кулаки.
– Меня ждет девушка, – сказал негромко Антон хриплым голосом. – Если у вас, господин продюсер, все, я пойду. Будут вопросы – свяжитесь через менеджера. – Он пошел прочь, но обернулся:
– И да, я еще раз напоминаю: со мной ты можешь делать все, что захочется, но тебе стоит держаться подальше от Кати.
– Все, что хочу? – задумчиво спросил Кирилл. – О’кей, я запомнил.
В голове его появилась классная идея, и он улыбнулся, но улыбка вышла усталой.
– Надеюсь, у тебя хорошая память, – было ему ответом, и Антон стремительно ушел.
Направился он не к Кате, а в туалет и долго плескал в лицо ледяную воду, пытаясь понять, что происходит. Ледяная вода жгла кожу, тонкими струйками текла под рубашку, мочила волосы, а Антон словно набирался сил. Упершись кулаками в раковину, он посмотрел на свое отражение.
С лица, которое под ярким электрическим светом казалось почти белым, фарфоровым, неестественным, как маска, стекали капли воды. Но в глазах уже не было былой ярости. Казалось, в них появились отблески отчаяния.
«Ты справишься», – сам себе сказал Антон. И на миг ему показалось, что отражение кивнуло ему.
Куклой, которую дергают за веревочки, он быть точно не собирался. И делать из его парней или любимой девушки живые игрушки Кезону позволить не мог.
Он стоял, глядя самому себе в глаза, и думал, составляя свой план действий и пытаясь рассчитать дальнейшие поступки Кезона.
«Ты справишься. У тебя нет иного выбора».
Музыка – свет. Она – поможет. Иначе зачем она нужна?
И он последний раз плеснул в лицо холодной водой.
К Кате парень вернулся спустя минут пятнадцать, и та, увидев его, тотчас вскочила с диванчика, на котором сидела с Филом.
– Антон! – воскликнула она нервно. Кажется, девушка уже и не знала, что подумать. Его слишком долго не было.
– Все в порядке, – сказал Тропинин спокойно, обнимая ее и кивком благодаря Фила за услугу. – Мы просто поговорили.
– Извини, – опустила вдруг она голову. – Это из-за меня. Не нужно было общаться с Кириллом. Он, наверное, специально так делает. Тебя задирает, – почему-то не думала она, что действительно так понравилась Лорду.
– Глупая, – вздохнул Антон. – Все в порядке. Он просто выпил лишнего.
Ему не хотелось, чтобы она переживала.
– А почему у тебя волосы влажные? – растерянно коснулась его головы девушка. Некоторые пряди и правда намокли.
Не отвечая на вопрос, Антон поцеловал ее коротко, взял за руку и повел в зал – хотел, чтобы она немного отвлеклась от произошедшего.
Кирилла они больше не видели.
Из здания, в котором находился лофт, они вышли под утро. Антон все так же держал Катю за руку, как будто бы боясь отпустить ее. На улице было тихо и прохладно. Была слышна музыка со свадьбы – многие гости явно решили веселиться до самого утра, и далекий шум машин.
– Ты не против, если я закурю? – спросил Антон Катю. Ужасно нервничал. Наверное, еще бы год назад, услышь он подобное, хорошенько вмазал Кезону, и бил бы, испачкав кулак в крови. А теперь – сдерживался.
– Кури. Что с тобой? – нахмурилась Катя, прижимаясь к нему – так было теплее.
Антон молчал. И вместо того, чтобы закурить, зачем-то обнял ее.
– Ты из-за него… так? Не переживай, пожалуйста, – попросила Катя. – Мы с этим справимся.
Парень внимательно посмотрел на нее – знала бы Катя, с чем именно он должен справиться.
Но все решаемо.
Следом за ними вышли из здания и жених с невестой, которых сопровождали несколько Ниночкиных подружек, пара приятелей Келлы, Арин, Фил и Рэн, на ходу переписывающийся с одной из кузин Журавля, с которой успел познакомиться и очаровать.
Все вместе они сели в две большие машины, одну из которых вел никогда не пьющий Фил, а вторую – друг Келлы, ввиду болезни тоже алкоголь не употребляющий, и поехали кататься по городу – бесцельно, распивая шампанское, делая фото и веселясь.
Нина была довольна – за исключением драки Келлы с Помойкой, свадьба прошла замечательно, и она чувствовала себя настоящей королевой, вокруг которой суетились многочисленные подданные. Самое главное – она видела зависть в глазах гостей, и это безумно тешило ее самолюбие. Даже Эльза Власовна не испортила ей настроение.
– Совет да любовь, – заявила ей тетушка довольно-таки ехидным тоном и добавила: – Платье ужасное, туфли безобразные, макияж портит лицо.
