— Но я рад, что ты не ушиблась.
Я пнула пучок прошлогодней травы, втоптала его в грязь, уголок моего рта дергался. Конечно, он был рад: ему еще некоторое время понадобится нянька для детей и работница.
В воскресенье в церкви я сидела между мальчиками, обняв обоих. По обе стороны Френка сидели его дочери, их щеки рдели от отцовского внимания. Я оглянулась в поисках шерифа. Ирен уже начала наигрывать первые аккорды гимна на маленьком органе. Только тогда шериф зашел внутрь, сел сзади и примостил шляпу на коленях. Я повернулась, довольная, сконцентрировав все внимание на службе.
После завершающего гимна, я застегнула пуговицы у Джеймса и Дэна. Френк одел девочек. Тут Ирен схватила меня за руку, ее щеки горели, как угли в печи, а глаза сверкали, как натертые стекла.
— Я приглашаю вас всех к нам сегодня на обед.
Я вспомнила, какой у них маленький дом и как мало посуды стоит в кухонном шкафу.
— Не стоит…
— Мы будем очень рады! — Френк уставился на меня, его слова прозвучали одновременно с моими.
Я замерла. Как можно быть таким эгоистом? У них просто нет достаточно места для всех нас. А я приготовила пирог с цыпленком, его золотистая корочка так и просилась, чтобы ее подогрели и съели!
Френк покачивал Дженни на одной руке, а другой жонглировал большой Библией.
— Как я и сказал, мы будем счастливы присоединиться к вам и вместе пообедать.
Я бросила взгляд в дальнюю часть церкви. Шериф разговаривал с семьей Криншоу.
— Шерифа я тоже пригласила, — отметила Ирен.
Я улыбалась, пока Ирен переводила взгляд с Френка на меня и обратно на Френка.
— Поехали сразу же. У меня уже и ветчина готова. — Ирен забрала сборник гимнов, Библию и сумочку.
Вздохнув, я повела мальчиков к двери. Не то чтобы я не ценила этого приглашения. Или то, что и шерифа пригласили на обед. По правде говоря, я не знаю, почему слова Ирен вызвали мое недовольство. Единственным объяснением было, пожалуй, то, что сердце мое отказывалось следовать курсом, который голова считала самым благоразумным.
Забравшись в повозку и усадив Дженни себе на колени, я опять подумала о маме, о ее постоянных вопросах: когда же я наконец вернусь домой. Я воображала, что мама поощрит мое желание остаться, если узнает о шерифе и его внимании. Но хотела ли я уже сообщить ей об этом?
Глубокий голос Френка пробормотал что-то в ответ на вопрос кого-то из мальчиков.
Нет, пока я не могу ей рассказать. Пока не готова.
Я опустила голову, и моя щека коснулась щечки Дженни. Я вновь помолилась, чтобы Господь указал мне Его путь. Не мамин, не мой, не Ирен, а Его!
Ужасающая мысль. И тем не менее именно она подарила мне чарующее ощущение свободы, которое я почувствовала, ведя машину шерифа сквозь темноту ночи.
Дом Ирен оказался очень тесным, как я и предполагала, но было не похоже, что ее это беспокоит. Она дала указание дочерям накрывать на стол, пока сама заканчивала приготовление пищи.
— Детям мы подадим обед на веранде, — сказала она мне.
— Хорошо, тогда я сейчас их одену. — Но задача оказалась легкой лишь на словах.
— Я не хочу надевать пальто, — заявил Дэн, скрестив руки на груди.
— Но на улице холодно.
Он топнул ножкой, подчеркивая свою решимость.
Я сделала глубокий вдох.
— Либо ты наденешь пальто, либо останешься голодным! — Я тоже скрестила руки на груди.
С веранды донесся голос Френка.
— Что там у вас за проблема?
Я протянула пальто Дэна.
— Он должен надеть его, если пойдет обедать на улицу.
— Почему?
Теперь мне захотелось топнуть ногой!
— Потому что там холодно!
Френк пожал плечами.
— Если он замерзнет, то вернется в дом и оденется. — Френк взял пальто из моих рук и аккуратно подтолкнул сына. — Иди, Дэн.
Малыш ускакал, но не так быстро, чтобы я не могла заметить на его личике торжествующую улыбку. У меня сжались кулаки.
— Как ты посмел?! — прошипела я.
— Что именно? — Френк выглядел так, словно действительно не понимал.
Я расправила плечи. Возможно, я не знаю многого о том, как заботиться о маленьких детях, но я точно не хотела ухаживать за больными детьми.
— Я не хочу, чтобы они простудились!
Он улыбнулся, будто я рассказала анекдот, вместо того чтобы обратить внимание на то, как серьезно я отношусь к этому вопросу.
— С ними все будет в порядке, Ребекка.
— А если нет, то, я так понимаю, ты о них позаботишься? — Уголком глаза я увидела, как в дверь заходят шериф Джефрис и брат Лэтхэм. Шериф нахмурился.
— С ними все будет в порядке, они не такие болезненные, как… — Его лицо сморщилось, и он отвернулся.
Как Клара, он это практически сказал. Ее дети и его. Какая-то часть меня хотела его обнять. Но другая часть…
Большим усилием воли я понизила голос, пытаясь успокоиться.
— Дети были на моей ответственности, и я считаю, что имею право думать о том, что с ними может произойти. — Я повернулась, чтобы выйти из комнаты, мой гнев клокотал, как долго кипящий чайник.
— …Сама еще ребенок, — донеслось до меня бормотание Френка.
— У нас было все прекрасно, пока ты не вернулся домой!
Его брови взлетели, а рот приоткрылся. Я не стала ждать,
пока он опомнится от шока и ответит. Я отвернулась, юбка хлопнула меня по ногам.
