Тон его голоса смягчился, а слова остановили меня.
— Я думаю, тебе нужно доверять мне в этом, Ребекка. Я никогда не предложу ничего, что может навредить моим детям.
Я это знала, правда знала. Я сжала губы, пытаясь удержать рвущиеся слезы. Лишь тогда я заметила Олли в углу, ее верхняя губа дрожала. Она ее прикусила.
У меня чуть сердце не провалилось в пятки. Почему моя забота выплескивает наверх все мои худшие качества?
Шериф Джефрис надел шляпу и взял меня под локоть.
— Почему бы нам немного не прогуляться перед обедом?
Я кивнула и позволила ему меня увести.
Когда я прошла мимо Олли, ее губы скривились, лицо покраснело, жаля меня, как струи дождя в холодный день.
Шериф Джефрис торопливо вел меня к выходу. Я споткнулась, он поддержал меня. Опять. Как и в день моего приезда на платформе. Всегда рядом, когда я нуждаюсь в нем. Почему мое сердце не хочет увлечься им?
Мы прошли по тропинке до ручья, без пальто. Френк был прав. Днем потеплело сильнее, чем я думала. На этот раз говорила я, а шериф слушал. Но вместо того, чтобы обсуждать свои мечты о приключениях, я болтала про детей.
Казалось, он был не против. Полная противоположность Артуру. На самом деле, подумала я, если бы Френк решил снова жениться, а детей оставить мне, я уверена, шериф не возражал бы. Поэтому, пока мы прогуливались, я улыбалась ему, пытаясь заставить себя чувствовать ту же радость, что и в присутствии Артура. Но сердце мое не билось сильнее, а грудь не сжималась от желания ощутить его прикосновение.
Когда мы приблизились к дому, я заметила на поясе кобуру с пистолетом, выглядывающую из-под пиджака.
— Вы всегда носите с собой пистолет?
— В основном, да. Никогда не знаешь, что может случиться.
— Возможно, вас вызовут на банковское ограбление или на поиски похитителя скота?
Он улыбнулся.
— Да, что-то вроде этого.
Я когда-то читала про Перл Харт, известную женщину, грабившую почтовые дилижансы. Интересно, как это — чувствовать на талии кобуру с пистолетом?
— Можно, я примерю?
— Мой пояс с кобурой?
Я кивнула, меня охватило чувство, похожее на рождественское предвкушение чего-то интересного.
— Ну что ж, я думаю, в этом нет ничего страшного. — Он отстегнул пояс и протянул его мне. — Тем не менее будьте осторожны.
Пояс оказался более тяжелым, чем я думала, но я вполне была в состоянии его удержать. Жизнь, проведенная с чугунными горшками и кастрюлями, сделала девичьи руки сильными. Застегнув пояс вокруг талии, я раздумывала, кого же я воображала: бандитку или работника правопорядка?
— Вижу, вы уже пришли, — раздался голос Френка.
Я наклонила голову, чтобы скрыть свою ухмылку, задавшись вопросом, почему раздражение этого человека приносит мне такую радость. Возможно, потому что он считал себя неким авторитетом для меня? А может быть, я хотела, чтобы он знал: мне не нужна вторая мамочка.
— Обед подан, — позвала нас с крыльца Ирен.
Я расстегнула кобуру, которая затерялась в складках моего платья. Шериф Джефрис взял ее из моих рук и застегнул вокруг своей талии. Его щеки пылали, как летний закат, когда мы вошли в дом.
Когда все расселись за столом, шериф оказался справа от меня, Френк напротив. Я расслабилась, пока Нола Джин расспрашивала меня про Оклахому.
— Ты имеешь в виду, что там совсем нет хлопка?
— Нет, хлопок есть. Просто мы его не выращиваем. Папа выращивает в основном зерно.
Девочка посмотрела на маму.
— Зерно легче собирать, чем хлопок.
— Я тоже так думаю, — ответила я, — хотя я никогда его не собирала раньше. Я вижу, здесь его многие выращивают и помногу.
Нола Джин фыркнула, затем извинилась.
— Как я считаю, даже слишком много.
— Будь благодарна посевам хлопка, Нола Джин. — Ирен ножом намазала масло на кукурузный хлеб. — Благодаря им ты одета и у тебя есть кров.
Нола Джин вздохнула:
— Если бы только не было так много работы…
Френк наклонил голову, чтобы скрыть улыбку.
— Может быть, ты не всегда будешь жить на хлопковой ферме, Нола Джин. — Сказав это, я уставилась на Френка, сама не знаю почему. Может, потому что не могла посмотреть на шерифа, который сидел возле меня. Может быть, потому что намеревалась дать понять Френку, что не собираюсь оставаться здесь навсегда. А может, просто хотела это сказать вслух, чтобы напомнить самой себе. — Возможно, ты выйдешь замуж за мужчину, который увезет тебя в другое место. Куда-то, где все новое и увлекательное.
Нола Джин вилкой месила в тарелке картофель.
— Не думаю, что это произойдет, мисс Ребекка.
— Ну а что вас всех привело в эти края? — Я адресовала вопрос Ирен, но знала, что ответит брат Лэтхэм. И возможно, Френк как-то прольет свет на свою историю.
Брат Лэтхэм откусил еще кусок ветчины и прожевал его, прежде чем ответить.
— Прерии Техаса с черноземом очень подходят для выращивания чего-либо. Особенно хлопка.
— Чернозем? Так называется эта ужасная черная грязь?
Он ухмыльнулся.
— В основном, да. Но это плодородная почва. Она тяжела для обработки, как человеком, так и мулом, но в трудностях есть и приятные моменты. Мы больше не живем в Эдемском саду.
