— Насчёт «получишь по шее», так я сам тебе засвечу парочку фингалов в оба глаза. Но ты не бойся, мне нужна только моя уманочка. Завтра с утра я отправляюсь её искать.
Младший самец бросил на товарища весёлый взгляд:
— И поплывёт чудо-рыба по волнам за своей русалкой.
— Обязательно поплыву! — уверенно подтвердил суперяутжа.
Как только рассвело, Пламя запрыгнул на летающую платформу и взял курс на побережье. Вскоре бескрайний водный простор раскинулся перед суперяутжа. В лучах восходящего светила зеленоватые волны отливали золотом. Самец прищурился и с удовольствием вдохнул острую смесь запахов выброшенных на песок водорослей вперемешку с солёным духом океана. Пламя ясно ощутил себя частью этой могучей стихии. Пусть всего лишь одной маленькой капелькой, но только сухопутным жителем его уже не назовёшь. Он теперь универсальный.
Погружение прошло отлично. Жабры успешно насыщали кровь кислородом, тело послушно скользило под водой. Любопытные рыбки увязались следом и цеплялись жадными ртами за концы отростков гривы, нацеливаясь ими поживиться. Молодой яутжа никогда не задумывался, насколько подводный мир окажется притягательным! В Царстве Безмолвия существовали определённые законы, и чтобы ощущать себя по-настоящему своим в этой зыбкой реальности, не стоило наивно отвешивать мандибулы в восхищении от окружающих красот. Даже больше, чем на поверхности, здесь надо быть готовым себя защищать. Любой по виду камень запросто обернётся зубастой тварью и захочет тобой закусить. Самец поправил перевязь, на которой прикрепил сложенное копьё. Широкий наруч с запястными лезвиями плотно обхватывал предплечье.
Так, теперь предстояло решить, куда плыть. Пожалуй, сначала нужно навестить прежнее место встречи с Волной. Пламя вышел на берег и осмотрелся. Вот и знакомый плоский валун, где было хорошо сидеть вдвоём, тесно прижавшись друг к другу. Беззаботно смеяться и болтать о разной чепухе, только бы подольше растянуть часы свидания. Сейчас возле камня валялись красные засохшие цветы. Неужели самочка здесь побывала и ждала милого дружка, а тот в это время отлёживался в капсуле? И куда потом подалась? Очень интересно узнать.
С этими мыслями пловец снова нырнул, собираясь обследовать прибрежные глубины. Вот он поравнялся со скалой, где обычно рыбачил Сердолик. Неожиданно сквозь толщу воды завиднелся яркий предмет: небольшая вещица зацепилась за один из коралловых наростов. Приблизившись, Пламя протянул руку. В ладонь легло ожерелье из ярко-алых самоцветов, которое сам изладил для любимой Волны, а потом повесил ей на шею. Помнится, уманочка до того обрадовалась подарку, что не удержавшись звонко чмокнула приятеля в перепонку между жвалами. Так получается, она здесь тоже побывала. Но тогда почему не сняла украшение с выступа, если то нечаянно скатилось в воду и торчало на виду? Самец зажал бусы в кулаке, вынырнул на поверхность и огляделся вокруг. До берега недалеко. Немного в стороне высился особняк Сердолика и Лианы. Может быть, супруги что-нибудь видели или слышали. Вдруг натолкнут на след пропавшей подруги? Лучше спрашивать, когда отправился на поиски.
Суперяутжа быстро направился к побережью. Даже издали он узнал любимую уманочку. Удобно устроившись на валуне, подруга что-то крутила в руках. Когда Пламя подплыл поближе, то увидел у ног арианки ворох жёлтых цветов. Из растений дева плела венки и бросала в воду, а после наблюдала, как волны обратно выбрасывали на песок её поделки. Нелепое занятие. Самец выбрался на берег и с радостью, что так и норовила бурно вырваться наружу, в три прыжка подскочил к любимой самочке. Но та не реагировала, слишком увлечённая своим важным делом. При этом что-то непонятно бормотала, как будто с кем-то невидимым вела беседу.
Почувствовав неладное, Пламя осторожно тронул подругу за плечо. Она медленно подняла взгляд. Но светлые любимые глаза смотрели точно как у куклы, совершенно пустыми, холодными зрачками. Казалось, что, присутствуя здесь физически, душой, дева находилась в необозримой дали.
— Волна, ты узнаёшь меня? Я Пламя, твой друг.
Вот только она его не понимала. По бледному лицу уманки блуждала странная улыбка. Не та живая и весёлая, какая прежде светилась на юном личике Волны, а незнакомая бессмысленная ухмылка до жути искажала милые черты. Пламя наклонился к подруге, она тут же с визгливым смехом надела самцу на голову венок. Молодой яутжа оторопел. Он вдруг почувствовал, что это не игра, не простая забывчивость легкомысленной самочки. Такое необычное поведение наводило на мысль о душевной болезни бедняжки.
