— Среди дремучей тайги? При комарах, которые враз понабьются в салон и так искусают наши лица, что они, опухнув, станут неузнаваемы! И как же мы в таком виде появимся на работе? Что скажем? Нет, лучше ты мне что-нибудь интересное, захватывающее расскажи из своей жизни, ведь я о тебе, кроме того, что ты из рабочей семьи и закончила институт, ровным счётом ничего не знаю, а, поверь, хочется!..
— Из моей жизни? — удивлённо переспросила Мария, но не услышав ответа, выдохнула: — Скажете тоже! Она ведь, по большому счёту, только начинается и какой будет, одному Богу известно!
— Как говорится, хозяин барин! Но в таком случае, поспрашивай своего спутника о чем-нибудь важном! Быть не может, чтобы я тебе как непосредственный начальник и просто мужчина не был интересен! Молчишь! Значит, я не ошибаюсь! А ответы, заставляющие до звона в ушах напрягать мозги, враз сонливость как рукой снимают! Так что не медли!.. Когда ещё такой случай представится!..
— Так и быть — уговорили! Только, чур! — не обижаться, если я вдруг покажусь чересчур назойливой! Договорились?!
— Знаешь, есть такая поговорка “Назвался груздем, так полезай в кузов!”, да и кулаками после драки не машут! Слушаю!
И всё равно Мария, прежде чем задать первый вопрос, волнующий её, несколько секунд молчала, отвернувшись к дверце, словно собираясь с мыслями, считала сосны, мелькавшие за стеклом. Наконец, спросила:
— А вы знаете, что о вас думает коллектив “Сельхозхимии”?
— Что думает, что думает! — как бы про себя сказал Анатолий Петрович, но затем заключил: — Да разное: и плохое, и хорошее!
— И чего же больше?!
— Думаю, в равной мере!
— А конкретно, с чувством самокритики, можете?
— Постараюсь! Осуждения несомненно заслуживает моя излишняя горячность, порой переходящая в грубость, а также высокая требовательность в работе, сказывающаяся тем, что немногие способны при выполнении производственного плана соответствовать ей! А ведь знаю, что спрашивать надо с учётом среднего уровня! Но это исключительно моя проблема. Ия её рано или поздно, но решу! Одобрение моего руководства заключаются, в первую очередь, в том, что мне удаётся сплотить, нацелить трудовой коллектив на выполнение, увы, спущенного сверху плана, каким бы он большим не был! А значит, работники получат не только повышенную зарплату, но и премии! Это очень важно, ведь многие семьи крепки не только любовью, но и достатком!
Как бы подводя черту под своим ответом, я хочу сказать, что, конечно, для меня мнение каждого члена нашего коллектива важно, поскольку, как говорится, со стороны виднее, особенно большое. И порой настолько добрый совет или строгая критика открывает глаза на решение того или другого вопроса, что, радуясь возможности их более скорого и успешного решения, с досадой вопросительно чешешь затылок: “Как же я сам-то не додумался!..” В своей работе становишься похожим на упорного старателя, который, напав на золотоносную жилу, не считаясь со временем, с силами, со здоровьем, наконец, упоённо разрабатывает её всё глубже и глубже, приходя в неописуемый восторг от каждого самородка! И всё же, следуя народной поговорке “На Бога надейся, да сам не плошай!”, мой судьбоносный путеводитель и судия — это моя совесть, ибо только она своевременно и сполна не позволит принять неверное решение, пойти обманной дорогой. На неё да на небеса я молюсь!
Анатолий Петрович, помолчав, спросил Марию:
— Ну, как мой ответ? Он удовлетворил твоё любопытство?
— Даже больше, чем я ожидала!
— Тогда жду следующего вопроса!
— Знаете, он будет такой! — тотчас начала Мария, но вдруг, словно споткнувшись о какую-то невидимую преграду, замолчала.
— В чём дело? — осторожно поинтересовался Анатолий Петрович.
— В том, что мне хочется выяснить одно обстоятельство, только оно настолько личное, что я и не знаю, как это сделать!
— Слов не хватает?! А ты не бойся, говори от души...
Хорошо! До меня агрохимиком у нас в организации довольно продолжительное время работала одна молодая замужняя женщина... Так вот, это правда, что ей пришлось уволиться из-за вас?!
