— Вы лучше других руководителей-сельхозников района знаете, что несколько лет назад было на базе Нюйского отделения совхоза “Ленский” поспешно организовано новое хозяйство, ибо полтора года назад работали в нём, если мне по-прежнему не изменяет память, заместителем директора по строительству. Так вот, есть мнение нашего уважаемого бюро райкома рекомендовать обкому партии и министерству сельского хозяйства назначить вас директором этого, прямо скажу, проблемного совхоза, ставшего моей самой настоящей, непреходящей головной болью!
Заметив, как протестующе вскинулись брови Анатолия Петровича, первый секретарь замолчал, надеясь, что тот, по молодости вспылив, выговорится, и тогда дальнейший разговор будет вести легче. Но его надежда не оправдалась. Молодой руководитель уже научился обуздывать свою горячую натуру. Он лишь глубоко вздохнул и сжал пальцы руки, лежащей на столе, в кулак. И первый секретарь сам был вынужден продолжить разговор, так непросто начавшийся:
— Поймите, за четыре года существования совхоза во главе его поменялось четыре директора! Ровно по одному за год! И всех освобождали как не оправдавших высокого партийного доверия... В результате самое большое в республике хозяйство оказалось на последнем месте по всем производственным показателям. Мы, руководство района, больше так экспериментировать с кадрами не можем. Обком, да и министерство сельского хозяйства нас не поймут...
Ну, а я-то тут при чём? Ведь только год назад вы своей партийной волей меня из этого же совхоза, правда, с повышением, за что искренне вам признателен, перевели на другую, не менее ответственную работу, с которой, между прочим, я совсем неплохо справляюсь! Но буду работать ещё лучше, со временем глубже вникнув в суть нового для меня производства! В конце концов, надо было меня не переводить в район, где я был вынужден, так и не получив обещанной квартиры, все сбережения потратить на покупку дома, а сразу поставить во главе этого, ставшего вашей головной болью проблемного совхоза! Или три предыдущих, как вы выразились, эксперимента с кадрами не стали сигналом, что с директорским корпусом в сельском хозяйстве давно, извините, не до экспериментов! Кстати, а куда подевался ваш последний назначенец, как я смог убедиться, человек с большим жизненным опытом?
— С ним полный просчёт вышел!
— Это как же?
— Сразу после посевной взял недельный отпуск якобы для медицинского обследования в Новосибирске. Но летал туда или нет, никто не знает! Однако есть информация, что запил! Да, хотя и стыдно мне это говорить, повторю: запил, причём по-чёрному!
— Но ведь, как мне известно, в совхозе почти все заместители в прошлом работали директорами. Назначьте кого-нибудь из них...
— В том-то и дело, что работали...
— Не понимаю вас!
— А тут и понимать нечего! Если бы они были толковыми руководителями, то и поныне работали бы ими, а не слетались, как сороки на подводы с хлебом, со всех концов нашей необъятной страны на Север, в наш район, где получили приличные подъёмные деньги, должности и прочее... А потом, как говорится, в кусты...
— И то верно!
— Как и то, что в настоящее время положение в совхозе сложилось действительно аховое. Исполняющий обязанности директора главный зоотехник даже не смог организовать прополку капусты, и теперь на площади восемьдесят гектаров вымахал по пояс бурьян! Ветер по нему, как по морю, волнами гуляет! Сам видел. А на носу — сенокос! Если ещё и с ним совхоз не управится, то сколько же скота придётся под нож пустить — даже подумать страшно!
И вдруг перешёл на “ты”:
— Анатолий, не упрямься, по-отцовски прошу тебя, помоги!..
Тут кандидат на директорское кресло не то, чтобы дрогнул, но вспомнил то ли о долге, прежде всего, нравственном, то ли в нём заговорила безответная благодарность — ведь это первый секретарь помог ему развестись с первой женой. И как! Одним звонком в суд! А ведь мог не делать этого! И по тем временам, может, даже не имел морального права. Человек! Настоящий! В общем, совесть взяла верх над самолюбием Анатолия Петровича, и он согласился, но хватило ума и смелости поставить условие. Всего лишь одно... А именно:
— Уважаемый товарищ первый секретарь, ваша взяла, но в совхоз я должен приехать, прежде всего, серьёзным человеком, а потом уж хорошим руководителем... — твёрдо сказал он.
— Не понял, объясни доходчивее!
— В общем, мне в этот раз надо помочь с ускоренной регистрацией брака! — немного сконфузившись, попросил Анатолий Петрович.
— Ну, ты даёшь! Давно ли развёлся, а? И вот теперь снова решил жениться! Молодец, ничего не скажешь... Нет, точно с тобой ну, совсем не соскучишься, слушаю тебя и не пойму, чего больше хочется — петь или плакать! — искренне оживился первый секретарь.
— Петь, и только петь! — сказал Анатолий Петрович. — А значит, хоть режьте меня, но холостым не поеду!
— Вот чёрт! А на ком жениться-то решил, если не секрет?
— Да есть одна особа на примете! Вы её должны знать...
— Это, случайно, не новый ли агрохимик?..
— Агрохимик, агрохимик...
