— Хана, — робкий тихий голос, а потом ее взгляд и вовсе опускается.
— Хана, — повторяю ее имя, немного снижая громкость, — прошу тебя, скажи мне, где Николь. Для меня это очень важно. — Наверно мои слова выглядят как последняя мольба. Но я, правда, не мог уйти из этого дома, пока не выясню, где она.
— Вы кто? — Она смело поднимает глаза и смотрит в упор, вырывая свою руку из моей хватки. — Скажите мне кто вы для Николь? — Пока девушка делает шаг назад и упирается спиной в комод, я задумываюсь. Что я могу ответить прислуге, которая знает Никки, как супругу хозяина этого дома? Любовник? Выходит так. Только это омерзительное для меня слово я не мог произнести вслух. Нет, твою мать, я не любовник. Я ее любимый мужчина. Ее дом. Жизнь. И плевать, что этот напыщенный мужик считается ее мужем. Другого выхода нет, как рассказать все честно этой девушке, которая продолжает смотреть на меня с опаской.
— Я… Мы с Никки любим друг друга. Я ее мужчина. — Сглатываю, унимая дрожь в голосе. Дышу чаще, чтобы барабанящее сердце немного угомонилось. — Вчера она должна была поговорить…
— Замолчите, — Хана перебивает меня. Проходит в гостиную и осматривается. Наверняка, чтобы убедиться, что нас никто не слышит. Возвращается ко мне и хватая за руку, ведет по коридору влево. Первая дверь. Открывает ее и приглашает меня войти. Прежде чем закрыть двери, она снова смотрит по обе стороны коридора и уж, потом только прикрывает ее. Это явно ее личная комната в этом доме, и если девушка привела меня сюда, она явно собирается рассказать мне что-то такое, чего не должен услышать посторонний.
— Вы мне не соврали? — Хана проходит вперед, и садиться за небольшой столик возле окна, которое выходит на задний двор особняка. — То есть я хочу знать, миссис Митчелл правда вас любит и хочет уйти от мужа? — она начинает говорить тише, но я прекрасно понимаю, каждое сказанное ею слово. Прохожу вперед и с ее позволения, сажусь напротив, немного наклоняясь.
— Хочет. И должна была это сделать сегодня утром. А потом приехать ко мне, — немного заикаюсь. Упираюсь руками в стол, подпирая голову, — но я так и не смог ее дождаться. Телефон Николь выключен. И кроме, как искать ее в этом доме я не нашел выхода. Так вы скажете мне, где она? — замолкаю, в ожидание хоть какого- нибудь ответа. Любого. Только, чтобы я успокоился.
— Простите, — девушка откидывается на спинку стула и поворачивает голову к окну, — я давно заметила перемены в миссис Митчелл, но даже не могла предположить, что они из-за мужчины. В последнее время, — Она затихает на мгновение, а потом смотрит мне в глаза, — я поменяла свое мнение о ней. Наверно потому, что она изменилась. Теперь я понимаю, что это благодаря вам. Она очень хороший человек. И вы должны помочь ей. Послушайте, то, что я сейчас скажу должно остаться между нами. Я не могу потерять работу. В моей семье очень сложное положение. Мы с вами не встречались, и я вам не говорила ничего.
— Я не собирался никому рассказывать об этом визите. — Тут же уверяю девушку, чтобы она больше не сомневалась.
— Николь в больнице. Ее забрала скорая помощь вчера днем. — Хана горько вздыхает и молчит. А мое сердце за долю секунды обрывается и падает вниз. Ужас охватывает все нутро. В больнице? Что твою мать могло случиться. По коже пробегает холод. Кровь застывает в жилах, замораживая все. Мои губы, кажется, онемели, потому что я не могу произнести и слова. Сжимаю руки в кулаки, и в тишине комнате слышен хруст костяшек.
— Почему? — Это все, что я в состоянии спросить. Не выдерживаю, подрываюсь на ноги и начинаю маячить по комнате. Девушка продолжает молчать, чем практически доводит меня до состояния безумия. Мне хочется накричать на нее, но понимаю, что агрессия это не выход.
— Послушайте меня, пожалуйста, и поймите, — Хана тоже встает со стула и идет к окну, — я не могу вам рассказать причины того, почему миссис Митчелл оказалась в больнице. Я думаю, если вы поедете к ней, она сама вам все объяснит. А в этом я просто не сомневаюсь. Повторюсь, я не хочу сплетен. Мне нельзя терять работу. Если мистер Клинт узнает, что я с вами говорила по поводу его жены, или вообще, что вы приходили в этот дом и искали ее, боюсь, пострадают все. Поэтому прошу вас, уходите. Николь в Мемориальной больнице Джексона. Это все, что я могу сказать. — Хана окончательно замолкает. И я понимаю, что должен сказать ей спасибо, хотя бы за эту информацию. Мой мозг пока соображает не внятно, чтобы до конца переварить все сказанные ею слова. Подхожу к девушке и кладу руку на ее плечо. Голова поворачивается ко мне, и я вижу добрый взгляд карих глаз.
— Спасибо Хана. Хотя бы за это. — Сжимаю ее плечо пальцами.
— Идемте, я вас провожу, — она отталкивается руками от подоконника и открывает дверь своей комнаты. В очередной раз убеждается, что в коридоре пусто и только после этого машет мне рукой. Иду следом по коридору до самого выхода. Во дворе пусто. Хана тепло улыбается мне, и когда я покидаю крыльцо, говорит мне в спину:
