— Я очень надеюсь, что с миссис Митчелл все хорошо, — теребит край своего фартука и даже не поднимает свои глаза на меня, — защитите ее. — Последние слова, и Хана разворачивается и быстрыми шагами заходит в дом, оставляя меня одного.
Состояние полного шока или невменяемости. Я просто не могу разобраться в себе. Странный шум заполонил мое сознание. Сердце то бешено выскакивает, то, кажется, совсем не бьется. И жуткое чувство страха, которое выворачивает мою душу наизнанку. Что твою мать произошло? Как моя девочка очутилась в больнице и почему? И чего боится служанка, раз не смогла рассказать ни одной подробности. Сам не понял, как побежал бегом до машины, чтобы поскорее убраться отсюда и попасть в больницу. Все на автомате. Ключ в замке зажигания. Нога на педали газа. Руки, впившиеся в руль, сами поворачивали его в нужном направлении. Я даже толком не мог здраво мыслить. Все так перемешалось. Полетело к черту в саму страшную и глубокую пропасть. Я думал этого уже не случиться. Да я вообще не понимаю, что, черт возьми, произошло. Разъяренный, от замешательства и неведения, на эмоциях, начинаю со свей силы стучать кулаками по рулю, со всей дури жму на газ. Стрелка спидометра давно перевалила за сто пятьдесят километров в час. Плевать. Самое важное поскорее добраться до больницы и посмотреть в любимые зеленые глаза. Узнать что с ней? В моей голове была целая куча догадок и разных мыслей. И чем дольше я пытался предположить и найти свидетельства своей правоты, тем больше моя голова разрывалась от щемящей боли. Открыл окно, чтобы в салон попал хоть немного свежий воздух. Начал глубоко и часто дышать, практически не обращая никакого внимания на дорогу. Еще немного. Каких-то десять минут и все встанет на свои места. Меня просто трясло, как в лихорадке. Это гребанное время, казалось, тянется чертовски медленно. Минута. Еще одна. Еще. Пока нога не нажимает на тормоз прямо у входа в больницу. Глушу мотор, выскакивая из машины и даже не вытаскивая ключи из замка зажигания. Поднимаю голову и смотрю на знакомую вывеску. Мемориальная больница Джексона. Черт. Воспоминания молниеносно захватывают мое сознание, напоминая, как совсем недавно я бежал в эти двери сломя голову, потому что мой лучший друг умирал в операционной. Никогда не забуду тех ощущений. Той боли в сердце от понимания, что тонкая ниточка заставляла биться его сердце. А уж смотреть на Несс разбитую и вымученную, просто не хватало сил. Я был готов на все, чтобы Дэйм жил. Но ничего не мог сделать. А сейчас я входил в эти двери, на ватных ногах вообще не зная ничего. Брел словно с завязанными глазами в неизвестность. Ледяная капля пота сползла по позвоночнику, а в нос ударил концентрированный запах лекарств, когда я быстрыми шагами практически забежал внутрь больницы. Кишки сжимались все туже и сильнее. Чувство страха и отчаяния въедались в кровь и изводили и без того ноющее сердце. Я был в прострации, замерев посреди холла больницы. Куда идти? Где ее искать? Успокоиться. Дышать глубже. Поворачиваю голову, замечая молодую девушку за стойкой регистратуры. Только она сможет мне сейчас помочь. Мои ноги меня слушаться не хотят, но через силу я шагаю вперед, опираясь руками на стойку, тяжело дыша. Девушка немного испуганно дергается назад, и почти опрокидывает свой стул.
— Мне нужна ваша помощь, — произношу как можно громче, пытаясь сосредоточиться на девушке, а не на ужасном шуме внутри головы. Усталость. Ночь без сна. Постоянная тревога и нервотрепка. Во мне не осталось сил, но я не могу сдаться. Только не сейчас.
— С вами что-то случилось? — Она испуганно смотрит.
— Нет. Вчера днем к вам поступила девушка. Я бы хотел узнать в какой она палате. Это возможно? — Уравновесил свое дыхание и биение сердца. Постарался выглядеть спокойным и уверенным в себе.
— Я могу узнать ее имя? — усмехается, пытаясь подшутить надо мной. Только мне твою мать сейчас совершено не смешно. Хочется перелезть через стойку регистрации, взять этот чертов журнал в руки и самому все найти. Но я послушно стою как вкопанный, нервно дергая коленом.
— Николь Митчелл. — Четко. Громко. Немного ехидно. Девушку гортает какие-то карточки, явно не спеша. Делает это вальяжно, успевая перекинуться парой слов, с проходящей мимо медсестрой. Изредка посматривает на меня исподлобья. Мои нервы были на пределе. Это чертово время тянулось как резиновое. Я готов был сорваться и побежать по всем палатам. Рано или поздно я нашел бы ее. Но так же я прекрасно осознавал, что устрою в больнице переполох, который может закончиться вызовом полиции. Начал барабанить пальцами по деревянной поверхности стойке, чем вызвал недовольную ухмылку медсестры.
— Палата двадцать два. Отделение интенсивной терапии. Только сейчас, — девушка сгребает все карточки в кучу, ставя их на место, — не время для визитов. Приходите после обеда. И вообще, — он берет ручку и крутит ее в руках, — вы кем ей приходитесь? — Сказать, что я ее парень я просто не мог. Определенно Клинт был здесь, и все в курсе, что Никки замужем.
