Борха не ответил. Он лишь ласково улыбнулся. Кармен взяла букет, прошла на кухню и поставила цветы в вазу с водой. Не успев повернуться к Борхе, она почувствовала, что он приподнимает подол ее халатика, открывая ноги. Когда он поцеловал ее в шею, она вздохнула, а ее соски мгновенно напряглись. Борха развернул ее к себе лицом, крепко взял за бедра и, подняв, усадил на столешницу. Дернув за пояс, он развязал узел, и тонкий халатик сполз с одного плеча. Борха вдохнул исходивший от нее аромат и полностью обнажил ее плечи, освободив от легкой ткани. Кончики пальцев нежно поглаживали кожу, потом его ладони легли на грудь и сжали ее. Кармен приглушенно ахнула. Она поняла, что они наконец станут близки. И впервые за долгое время она ощутила скорее тревогу и волнение, нежели возбуждение.
Они прильнули друг к другу и поцеловались. Поцелуй сказал о многом, в частности о том, что Лола ошибалась, утверждая, что Борха слегка не от мира сего. Когда они разомкнули губы, Кармен поднесла руку ко рту и, широко открыв глаза, протянула:
— О-о-о.
Борха не ответил. Он подхватил ее на руки, удерживая на весу за бедра, а она стиснула коленями его бока и, не успев опомниться, мягко приземлилась спиной на постель.
Вместе они сорвали с нее рубашку, зашвырнув в угол мансарды. Борха стащил с себя свитер и устроился над ней, поцеловав в шею. Кармен застонала, когда его рука скользнула по ложбинке между грудей, спустилась по животу и нырнула в промежность. Как же долго она мечтала о таких ласках!
Она откликнулась и расстегнула на нем штаны, отрезая пути к отступлению. Борха встал с кровати, и они быстро стащили с него джинсы. Когда оба остались в одном нижнем белье, Борха взялся за резинку черных трусиков Кармен и потянул вниз. Она заметила, что у него слегка дрожали руки.
— Спокойно, — прошептала Кармен.
Они поцеловались, лаская друг друга, а потом легли на кровать. Впервые страсть и плотские утехи обрели для Кармен особый смысл. Каково это, заниматься сексом с такой трепетной любовью?
— Дорогая, ты принимаешь таблетки? — спросил он, лежа обнаженным между ее ног.
Она улыбнулась, сдержав смешок. Ей показалось забавным, что он смутился, задав вопрос, вполне естественный для близких людей.
— Нет, — шепнула она. — Но в тумбочке лежат…
Борха не дал ей закончить. Приподнявшись, он дотянулся до ящика тумбочки, достал презерватив и вздохнул.
— Терпеть не могу эти штуки, — усмехнулся он, вскрывая упаковку.
Им стало смешно.
Борха лег сверху, они немного повозились, приспосабливаясь, она развела ноги, глядя в потолок и пытаясь угадать, ждет ли ее секс, как в кино. Может, ее мужчина из тех, кто предпочитает заниматься любовью медленно? Он решительно вошел в нее, заставив содрогнуться от наслаждения, и все сомнения тотчас улетучились. Нет. Борха совершенно не соответствовал образу, который она мысленно нарисовала, когда на работе наблюдала за ним, не осмеливаясь признаться в своих чувствах. Она не заметила в нем ни капли робости, неуверенности или неловкости. Следующим глубоким толчком он вдавил ее тело в матрас, и она подумала, что кончит через минуту, если он продолжит в таком духе. Кто бы мог подумать, что Борха подарит ей наслаждение более полное и острое, чем все парни, с кем Кармен прежде делила постель.
Он завел ее руки за голову и прижал их к кровати, ускоряя ритм движений.
— Я буду делать это с тобой каждую ночь, пока не умру. — Чувственная улыбка, тронувшая его губы, сводила Кармен с ума.
Дыхание обоих участилось, и впервые в жизни Кармен ощутила полную свободу: она купалась в наслаждении и выражала эмоции легко и раскованно.
— Я кончаю… — Она запрокинула голову.
— Ты моя, я тебя никому не отдам… — Кармен перевела на него взгляд, и он с еле заметной усмешкой добавил: — Я подарю тебе все, что захочешь, отныне и до конца дней. Расслабься, просто наслаждайся.
Она крепко прижала его к себе, вдыхая аромат кожи, выгнулась дугой, и обоих накрыла мощная волна оргазма. Схлынув, она оставила влюбленных почти без чувств.
Все произошло довольно быстро, их не окружали зажженные свечи, они обошлись без предварительных ласк, но им открылись небеса.
Кармен нежно гладила Борху, лежа в постели, и думала о том, что хоть она и потеряла работу, которой долго и упорно добивалась, зато сумела найти свою настоящую любовь.
Борха, приподняв голову, поцеловал ее со словами:
— Я люблю тебя.
И внезапно она поняла, почему он просил ее подождать.
Я пробовала забыть о досадном эпизоде — мимоходом оброненной Адрианом фразе, которую случайно подслушала, — но не могла. И это было удивительно, учитывая, как быстро я забывала рядом с Виктором о существовании Адриана. Но хуже всего, что меня не огорчили слова мужа, сказанные приглушенным шепотом, а только разозлили.
