Примерно год или полтора назад в нашей школьной жизни ненадолго появился один человек. А именно полицейский. Он допрашивал ребят, которые общались вне школы с неким Генрихом. Многие его очень хорошо знали… И боялись. Я же не знала ничего, поэтому с удовольствием игнорировала всё, что было с этим связано. А вот Артём… Они с Ариной как-то умудрились связаться с этой жуткой компанией. Да, я не говорила, что Арина не всегда была такой милой и доброй девушкой, какой вы все считаете её сейчас. А, впрочем, вы же ничего о ней не знаете… Её родители очень молоды. Слишком молоды. У них нет времени на дочь: своя жизнь, свои интересы, своё счастье. От Арины они всегда откупались дорогими подарками и полной вседозволенностью. Она могла бы стать очень избалованным ребёнком, но ей хотелось не подарков, а внимания. Она стала отличницей, гордостью школы, чемпионкой. Но это не помогло. Тогда она познакомилась с Генрихом. Понятия не имею где, надо обязательно спросить у Артёма, который, кстати, тоже прибился к этой компании, правда, наверное, немного раньше. Только полиции известно, как это изменило их: самое безобидное и заметное — это огромные шикарные татуировки-рукава у Артёма и болезненная худоба Арины. Что бы они там не делали, но факт остаётся фактом: они решили покончить с этим раз и навсегда. И им казалось, что всё получилось. Но прошлое нашло их… Генрих нашёл.
Артём едва заметно вздрагивал при каждом упоминании этого имени. Мы говорили в машине, решив послушаться Артёма, а заодно подвести его. Ему нужно было забирать брата и сестру из садика, а это было почти попути.
— Но что ему от тебя надо? — непонимающе спросил Рома. — Ты должен ему денег?
— Нет, тут другое. Он… Он очень обиделся, когда мы ушли. Мы ведь были самой настоящей бандой. Лучшими друзьями, а потом р-раз… И изменились. Он считает это предательством.
— Неужели бывших друзей вот так вот запросто бьют в живот? У вас так было принято?
— Бывший — уже не друг, — криво ухмыльнулся Артём. — Он знает, что я сделал бы то же самое, будь у меня силы. Поэтому и не жалеет.
Мы с Ромой переглянулись. Я слишком многого не понимала в этой истории. Слишком много вопросов требовали ответа. Да ещё и проект… Неужели судьба вот так посмеялась надо мной? Неужели именно тогда, когда я перестала надеяться, перестала любить и стала ненавидеть, она покажет мне Артёма с другой стороны? Мы общаемся как друзья! Я не могу в это поверить… И мне не смешно.
— Спасибо, что подбросили… И выслушали, — грустно благодарит Артём, берясь за ручку двери.
— Ты точно в безопасности? — ещё раз тревожно спрашиваю я. Парень кивает, потом задумчиво улыбается чему-то.
— Так непривычно слышать это… От тебя, — тихо произносит он. Я молчу, и он выходит из машины.
— Пока, — Рома прощается за нас обоих. — Держи в курсе, если эти хулиганы вновь появятся.
— Обязательно.
Несколько минут мы с Ромой молчим, провожая его взглядом. Потом Рома выруливает из двора, и я позволяю себе откинуться на спинку сидения.
— Вы что, помирились? — резко спрашивает парень. Я удивлённо смотрю на него.
— Нет. Разве это важно?
Он не отвечает, только желваки так картинно ходят вверх и вниз. До самого дома он так и не проронил ни слова. Я чувствовала повисшее между нами напряжение, и стремилась уйти от разговора всеми силами: быстро взбежала по лестнице на крыльцо, первая зашла в лифт, с опаской придерживая двери для Ромы, нажала на наш этаж. Рома, не сводивший с меня хмурого взгляда, отвернулся.
— Не связывайся с ним, — буркнул он так неразборчиво, что я даже не поняла сначала, что это он мне.
— С Артёмом? Почему? — с чего вдруг? Мы же только что вместе его спасали!!
— Ты должна быть осторожнее, — парень резко поворачивается ко мне. — Не верить, не жалеть, не общаться. Это, в конце концов, опасно.
— Но чем?!
— Ты же видишь, какие у него друзья! Нормальных людей никто на парковке не избивает.
— Нормальные люди говорят о своём прошлом! — не выдерживаю я. — Про Артёма я хоть что-то знаю! Он хоть что-то мне рассказывает.
— И ты ему веришь?
— Да!
— Понятно, — Рома отворачивается. — Действительно. Как просто верить тому, кто говорит то, что ты хочешь услышать!
— Что ты имеешь ввиду?
— Ничего. Только то, что он тебе врёт.
Я задохнулась от гнева.
— Тебе-то откуда знать?! Какого лешего ты творишь?! Почему ты лезешь в чужую жизнь, копаешься в ней, строишь из себя всезнайку? Ладно я! Но Саша-то тебе что сделал?? И Артём… Ты бросаешься обвинениями, как будто сам предельно открыт и честен! Если мнимая опасность — единственный аргумент, то нет, я не прекращу общения с ним. Или это не все причины?
— Да я просто!.. — Рома резко повернулся ко мне, сталкиваясь глазами. За ними впервые приоткрылась дверь в его душу. — Я просто не знаю. Думаю об этом всё время, и понимаю, что не могу допустить… Не могу позволить ему снова разбить тебе сердце. Дело не в нем… Да кто угодно! Кто угодно может причинить тебе боль. Я не могу дать этому совершиться. Просто не могу, понимаешь?!
Я смотрю на него широко раскрытыми глазами и молчу.
