Я резко сажусь на постели. Рома, разбуженный моим движением, недовольно бормочет что-то, убирая руку с моей талии. Я потираю лоб, стараясь вспомнить хоть что-нибудь из напугавшего меня кошмара, но воспоминания разбегаются, оставляя после себя лишь невнятное ощущение тревоги.
— Что-то случилось? — спрашивает парень, когда я ложусь обратно и прижимаюсь к нему сильнее.
— Какой-то жуткий сон… Наверное, никак не выкину из головы этот платок.
— Иди сюда, — он переворачивается на спину, и я кладу голову ему на грудь. Под моим ухом спокойно бьётся его сердце, и я вдруг вспоминаю, как долгие годы боялась и близко подпускать друзей к своей постели. Почему-то считала эту территорию своей неприкосновенной, а вот Рома с самого первого дня нашего знакомства заставил меня потесниться. Ладно-ладно, не с первого, а со второго, и не дня, а ночи, и мы оба прилично выпили, но… Сам факт, друзья! Сам факт!
Снова заснуть у меня не получается. Я бездумно вожу руками по роминой груди, стараясь не разбудить его, но, судя по тихому сопению где-то сверху, ему абсолютно всё равно. Это почему-то смешит меня ещё больше, чем факт того, что он вот так в наглую занял исконно мою территорию. Мои мысли уходят куда-то в философскую сторону, я припоминаю вчерашний день и никак не могу понять, что же именно я сняла на видео: разоблачение Генриха, или новое преступление, на этот раз — Арины? Как же хочется взять и во всем разобраться! Но нельзя, нельзя, мы ведь можем всё испортить…
А у Саши с Ариной, кажется, всё может получиться. Я невольно улыбаюсь, вспоминая, как на вечеринке неделю назад с трудом оттащила пьяную подругу от брата. Надо бы повторить всё это, между прочим!.. Вот только когда? Да и вообще, у нас же школа…
Я невольно тяжело вздыхаю. Рома снова ненадолго просыпается и обнимает меня крепче. Наверное, я служу ему бесплатной грелкой: одеяло сползло куда-то на край кровати, а ветер из приоткрытого окна… Постойте, что?!
Резко вскакиваю, всматриваясь в темноту. Нет-нет, мне показалось. Окно закрыто, оно не может открываться, после всего, что случилось… Я же сама помню, как проверяла! Ещё в самое первое утро, неделю назад, только проснувшись… Ровно неделю назад.
Я встаю, подхожу ближе и дотрагиваюсь до окна. На улице всё ещё темно, окна домов совершенно пусты, почти нигде не горит свет. И тут же мне хочется добежать до выключателя, зажечь все лампы, лишь бы прогнать, остановить эту наползающую со всех сторон темноту… Но я только медленно оборачиваюсь и тут же ловлю пристальный взгляд Ромы.
— Окна… Тёмные, — почему-то произношу я, неуверенно пожимая плечами. Парень садится на кровати, не сводя с меня тёмных глаз, затем тянется и включает небольшую лампу у кровати. Мне сразу будто становится легче дышать. Я благодарно улыбаюсь, возвращаясь в кровать. Он гладит меня по голове и смеётся.
— Вот уж не думал, что ты боишься темноты.
— Я не боюсь темноты! — протестующе мотаю головой. — Мне просто показалось, что окно… Оно открыто.
Рома быстро смотрит на предмет моих треволнений, не замечает ничего необычного и снова смотрит на меня.
— Показалось, — улыбаюсь я, прижимаясь щекой к его плечу. — Прости, что окончательно разбудила.
— Ну, зато у нас появилось немного времени на… — хитро ухмыляется он, ожидая, что я завершу его фразу.
— На… — многозначительно тяну я, тоже улыбаясь, придвигаясь ближе для поцелуя.
— Верно, — заключает Рома, отрываясь от моих губ. — На то, чтобы ты сделала домашнее задание, а я, наконец, обустроился в своей новой комнате.
Я разочаровано надуваю губы. Парень смеётся и хлопает меня по плечу, поднимаясь и потягиваясь. Я невольно любуюсь им, внезапно осознавая, какое счастье мне досталось.
— Обещай, что не будешь спать за этой глупой перегородкой, — вдруг настойчиво прошу я. Он оборачивается. — А то я проберусь к тебе, и на том маленьком диванчике нам будет очень тесно.
— Алёнка, это ужасно мило, но… Мы всё ещё у тебя дома, забыла? А здесь — твои родители, которые ни о чём не подозревают, и…
Мои глаза расширяются от ужаса. Нет, не то чтобы я боялась рассказать им о наших отношениях, но… Это же родители. Никогда не знаешь, как они отреагируют.
— А можно мы будем ночевать у тебя? Я готова приезжать домой к завтраку!
Я жду, что он рассмеётся, но он только отрицательно качает головой и скрывается за перегородкой. Кажется, его дом — ещё одна закрытая для меня тема. Мне это совершенно не нравится, но пока я ничего не могу придумать. Буду ждать удобного случая, чтобы всё узнать.
Снова смотрю на окно. Столько всего произошло за последнюю неделю, и вот, не смотря на отношения с Ромой, на друзей и семью одиночество, темнота и тишина вновь возвращаются. Как долго ещё я смогу сражаться с ними в одиночку?
